Багровый берег (ЛП)

Чувство, что сама вселенная создала эту возможность, и теперь ему осталось только взять все в свои руки и использовать наилучшим образом по своему усмотрению.

Он сделал шаг вперед.

— Мисс Грин. Констанс. Что вы здесь делаете?

— Я могу задать вам тот же вопрос, — тихо ответила она. — Что это за место? И кто эти женщины? — она держала фонарик в одной руке и зловещий стилет в другой. Гэвин был впечатлен… даже вдохновлен ее хладнокровием.

— Хорошие вопросы, — сказал он, выставив руки вперед в успокаивающем жесте. — Но это не лучшее место для объяснения. Могу я показать вам кое-что?

Он предложил ей свою руку, но она ее не приняла. Не потеряв присутствия духа, он развернулся и направился по длинному центральному коридору, приблизившись к тупику в конце него. Он знал — и это знание отзывалось приятным покалыванием в его груди — что Констанс обязательно последует за ним. Он остановился у дальней стены, нажал на три определенных кирпича, открыв тем самым секретную дверь, а затем широко распахнул ее. Взяв зажигалку, он быстро прошелся по комнате, поджигая фитили во всех масляных резервуарах.

Затем он с улыбкой повернулся к Констанс.

Она не пыталась сбежать. Не разразилась гневом или истерикой. Она просто смотрела на него."

"Даже при том, что он сотни раз бывал здесь, он знал, что эта комната представляла собой весьма впечатляющее зрелище. В центре стоял алтарь, древний гранитный блок, обработанный еще в XI столетии, скрытый сейчас за грузным навесным саваном. Этот алтарь, созданный во Франции, был доставлен в Англию по морю, его множество раз прятали, перемещали с места на место, пока он, наконец, не нашел свое пристанище здесь. По обеим его сторонам виднелась романская резьба, изображавшая дьявола, отполированная тысячей лет использования. С одной стороны от него находился фантастически красивый резной стол — длиной в половину алтаря — на котором стояла большая серебряная чаша поверх льняной ткани. Также здесь были разложены ланцеты, скарификаторы и другие инструменты для кровопускания.

В мерцающем свете свечей на сводах пентагональной комнаты виднелись фрески, изображавшие дьяволов, горгулий, уроборосов, бесов, мужчин и женщин — все они резвились в своего рода раю грехов: сцена в духе Босха[98]. На стенах висели плотные гобелены, украшенные изображениями леса, цветов и единорогов, также относящиеся к романским временам. На поверхности толстых бочкообразных колонн виднелись вырезанные алхимические символы, оформленные с особой тщательностью. Сам потолок увешивали дюжины прекрасных конструкций, выполненных из соединенных между собой костей. Эти причудливые произведения искусства походили на неведомых зверей, птиц и даже чудовищ.