Багровый берег (ЛП)

***

Сильный северо-восточный шторм не пугал Бада Олсена. Напротив, он ему нравился, наполнял его своей энергией. И он совершенно не пугал Обри, его верного золотистого ретривера. Оставив рыбацкую деятельность десять лет назад, Олсен перебрался в город, и теперь жил в маленьком домике в конце Мейн-Стрит, откуда он мог добраться куда угодно — особенно в свой Ланч-клуб по вторникам и в библиотеку, где он слыл заядлым читателем, предпочитавшим романы о морских приключениях Патрика О’Брайена, Джона Масфилда и К. С. Форестера."

"В девять часов, когда ветер яростно сотрясал оконные рамы, Обри заскулил перед дверью и отчаянно завилял хвостом. Олсен отложил книгу и поднялся со стула. Он выключил керосиновую лампу и подошел к двери.

— Ты хочешь выйти, малыш?

Обри завилял хвостом с удвоенной энергичностью.

— Ну, тогда давай немного погуляем, — скорее, чувствуя, чем видя погоду, он решил надеть свой непромокаемый плащ и зюйдвестку. Затем он натянул пару резиновых сапог, вытащил из ящика в прихожей фонарик, защелкнул поводок на ошейнике Обри и толкнул дверь, которая с трудом поддалась из-за ветра, после чего они с псом спустились по ступеням крыльца и оказались на улице. Из-за отключения электричества город, по большей части, был погружен в темноту, хотя полицейский участок в дальнем конце города освещался с помощью аварийных генераторов. Ветер вздымал в заливе суровые волны, дождь лил почти параллельно земле. Бад опустил голову, ветер попытался сорвать зюйдвестку, которая надежно крепилась ремешком под его подбородком.

Они повернули налево и направились вдоль Мейн-Стрит к центру города. Пока они проходили мимо множества домов, Бад различал неясные тени с оранжевой подсветкой, — людей, движущихся со свечами или фонарями в руках, — что придавало городу уютное, старомодное настроение Карриера и Айвза[92]. Так было в Эксмуте лет сто назад, до того, как город полностью электрифицировали, подумал Бад. И ведь было не так уж плохо. Электричество не принесло ничего, кроме неприятностей, если задуматься — свет стал слишком ярким, началось активное загрязнение окружающей среды, появились все эти компьютеры, iPad’ы и прочая глупость, которую он наблюдал здесь теперь каждый день. Тошно было видеть, как все — даже маленькие дети — как зомби, ходят, уткнувшись в маленькие яркие прямоугольники, вместо того, чтобы поприветствовать друг друга, вдохнуть соленый воздух, понаблюдать за алыми кленами в их осенней красоте…

Его раздумья были прерваны грозным рычанием. Обри остановился, глядя прямо перед собой куда-то в темноту, шерсть его встала дыбом.

— В чем дело, малыш?

И снова — низкое рычание.

Это было весьма необычно.