В краю багрового заката

Я понимаю, что это исключительный случай, но все такие случаи, как правило, бывают исключительными. Когда вернемся на остров, нам сразу надо будет устроить вашим найденышам полную санобработку. Я понимаю, что местные еще не изобрели мыла, но девочки просто воняют, как два поросенка. К ним вообще невозможно близко подойти. Прежде чем допустить в кают-компанию, их надо постричь как можно короче и тщательно вымыть с головы до пят, – Марина Витальевна топнула ногой. – И не спорь со мной, Антон, именно я отвечаю за ваше, а теперь и за их здоровье.

– Марина, – ответил тот под усмешки товарищей, – да ты просто ревнуешь!

– Да я!.. – работница медицины задохнулась от возмущения, – к этим?!

– Да, именно к этим, – подтвердил ее бородатый приятель, – посмотри, они все трое той же рыжей масти, что ты и я.

– Чумазой они масти, – уже остывая, Марина Витальевна подвела итог дискуссии. – Давайте только сообразите, как будем тащить парня. Делать нам тут больше нечего. И теленка не забудьте прихватить – пойдет как их вступительный взнос в наш колхоз. Зря, что ли, человек уродовался.

С транспортировкой теленка все было просто – связали попарно копыта, мужики продернули меж них доисторическое копье, и вчетвером, включая Сергея-младшего, отволокли добычу на борт «Отважного».

Тащить тут было меньше ста метров – конкретный напряг был, только когда тушу поднимали на палубу. А вот раненого так не потащишь, и из копья, в единственном экземпляре, носилок не сделаешь. Но, как всегда, голь оказалась горазда на выдумки. И жертву охотничьего травматизма каменного века понесли на носилках, сделанных из брезента, снятого с тента над рабочим местом рулевого, и шестов, которыми обычно команда отталкивалась от берега в момент отчаливания.

На вопрос Марины Витальевны, не жалко ли ему тента и шестов, Петрович только рукой махнул – мол, ерунда, потом опять натянем, а если сломают – починим… Люди, мол, важнее вещей, ибо люди делают вещи, а не наоборот.

Последними, когда берег уже совсем опустел, пришла очередь сидящих на земле близнецов. С суровым и величественным видом Катя жестами показала девочкам, что они должны собрать свои разбросанные вещи и следовать за ней. Не понадобилось никаких особых внушений – повинуясь Катиному жесту, близнецы подобрали с земли и закинули за спины два пищащих кулька из меха, взяли в руки сшитую из шкур торбу брата, а также огрызок шкуры, на котором сидели и, склонив головы, побрели в сторону маленькой бухточки, в которой стоял «Отважный». На мгновение показалось, что на сходни их придется заталкивать силой, так они испугались этого тарахтящего мотором, никогда не виданного ранее сооружения.