Bad Therapy: Why the Kids Aren't Growing Up

Военнослужащие, подвергшиеся допросу военнопленных, если их кормили недостоверной информацией, неправильно идентифицировали своих допрашивающих, а иногда называли людей, которые вообще не были похожи на их допрашивающих."

"В 1990-х годах, вооружившись своими исследованиями, она противостояла ван дер Колку в залах суда - Лофтус давала показания в пользу обвиняемых. Адвокаты Харви Вайнштейна, Билла Косби, Джерри Сандаски и игроков команды Duke lacrosse, ложно обвиненных в изнасиловании в 2006 году, прибегали к ее помощи в суде. Как и сами адвокаты, она не всегда была популярна благодаря своему участию в защите.

И как адвокаты считают, что даже плохие люди имеют право на ревностную защиту, так и Лофтус уверен, что даже плохие люди должны быть осуждены на основании веских доказательств. Обвинения, внезапно вспомненные спустя двадцать лет, так часто содержат ошибки, что их необходимо проверять, независимо от того, насколько шокирующим было обвинение или мерзким обвиняемый.

Ее голос густеет от эмоций, когда она говорит о надлежащей правовой процедуре и несправедливости осуждения подсудимого на основе мозаики фактов и вымысла. В наше время, когда даже профессора права научились держать свой рот на замке перед лицом культурной давки ""верьте женщинам"", я удивлялся, как она умудряется так заботиться о качестве доказательств, используемых для преодоления презумпции невиновности.

Она немного подумала, прежде чем зазвучал ее бодрый альт. ""Я не такая, как другие люди. И я не знаю, как. Я имею в виду, что долгое время я заботилась о ложно обвиненных. И это не потому, что меня ложно обвинили. Думаю, когда я была подростком, я, вероятно, делала большинство из тех вещей, в которых меня обвиняли"". Ее рот кривится то ли от сожаления, то ли от смущения, как будто она сама себя изводит.

""У меня есть еще одна гипотеза"", - говорит она. ""Ну, когда в твоем детстве мать утонула, когда тебе было четырнадцать, тетя, которую ты видел умирающей в железных легких, когда тебе было двенадцать, от миастении гравис, твой дом сгорел, и ты потерял практически все..."" - пожимает она плечами. Как и Ортис, Лофтус считает, что невзгоды, пережитые в детстве, углубили ее мировоззрение и позволили ей оказаться в уникальном положении, чтобы помогать другим. Она отвергает мнение о том, что трудности сами по себе делают вас больным.

В детстве Лофтус подверглась сексуальному насилию со стороны няни. Позже, в старших классах, мальчик навалился на нее сверху, а она пыталась вырваться. Она знает, что эти переживания пугают, и не сомневается, что они имеют место. Но простого утверждения о них, по ее мнению, недостаточно для вынесения обвинительного приговора. Достоверность воспоминаний имеет значение. Она важна даже в том случае, если подсудимый - плохой человек.