Баба Нюра в новом теле (деле) (СИ)

Это измена, Ханна! Ты изменяешь самой себе…

— Что за бред? — Я толкнула мужчину, и он пошатнулся, не ожидая от меня подобных действий. — Да кто тебя любит? Ты чего о себе возомнил, марамоешник⁈

Челюсть молодого человека затряслась, лицо побелело, взгляд устремился за мою спину. Я оглянулась, заметив, что Мор пошёл ко мне, но его задержала Илана. Вдова с улыбкой что-то начала говорить моему мужу, и тот неволей остановился.

Я же посмотрела перед собой, собираясь продолжить странный разговор, как поняла, что мужчины уже нет. Даниэль уже был у выхода, и я устремилась следом. Ну уж нет. На этот раз не сбежит! Приподняв юбки, побежала со всех ног, как меня вдруг заметила вдова.

— Я как раз говорила твоему супругу… Ханна!

— Мне до смерти надо в туалет, — бросила на бегу, выскакивая из гостиной.

Едва не упустила Даниэля, который, как ни странно, прекрасно ориентировался в чужом доме. Но я всё же догнала его в саду, где уже сгустилась темнота, схватила за руку, останавливая.

— Да отцепись ты!

Мужчина попытался стряхнуть мою руку, но я вцепилась изо всех сил, жалея, что перестала носить с собой газовый ключ. Будь мой бессменный друг со мной, этот павлин недоощипанный давно бы лежал в глубоком обмороке."

"— Ничего, так справлюсь, — упрямо процедила я и отвесила Даниэлю такой подзатыльник, что мужчина споткнулся.

Обиженно оглянувшись, посмотрел не на меня, а за мою спину и проблеял:

— Почему не работает? Раньше Ханна поддавалась твоему влиянию!

В груди ёкнуло, и я резко развернулась, чтобы увидеть, кто же давил на бедняжку Ханну. Но увидеть врага в лицо не удалось, затылок вдруг ожгло болью, и перед глазами потемнело.

Глава 55

Я накрылась подушкой, мечтая ухватить за хвостик странный, но увлекательный сон о том, как у одной милой девочки свадьба накрылась медным тазом, когда за полчаса до церемонии в церковь ворвались люди в странной форме, арестовали отца и братьев. Жених не явился утешить несчастную, и она решила с горя выпить яда…

«Откуда у Ханны взялся яд?»

И снова услышала жёсткий голос леди Тёрнер:

— В один день мы лишились и положения, и состояния. Дом наполнили прихвостни наместника, посторонние люди выносят наши личные вещи, и завтра мы все окажемся на улице без медяка в кармане.

В моём мире, если в государстве происходило что-то по-настоящему страшное, это скрывали каким-нибудь скандалом. Заголовки инет-статей пестрили постыдными разоблачениями знаменитостей, а соцсети заполняли снятые тайком фотографии. Звёздам эстрады ничего не оставалось делать, как исполнять роль шутов, отвлекающих внимание от того, что правительству нужно было скрыть от общественности.