Баба Люба, давай!

Из дамской комнаты не было другого выхода.

— Кажется, я ошиблась, — ответила девушка на вопросительный взгляд уборщицы.

— Ты вовремя, только что твой заказ принесли! — обрадовалась Тиана приходу подруги.

— А ты видела женщину, которая заходила в дамскую комнату после меня? — задала вопрос Люба.

— После тебя туда никто не входил, — в замешательстве ответила Тиа, — что-то случилось?

— Нет, все в порядке…

Вильена пока не решила рассказывать ли о незнакомке. Оказалось, что за ней в комнату никто не заходил. Но тогда, что она видела? Вдруг у неё начались какие-то галлюцинации? Может, это побочный эффект от большого количества микстур, призванных улучшить память?

Ответов на эти вопросы не было. Вся дальнейшая прогулка потеряла для Вильены свою прелесть, она почти постоянно чувствовала на себе чей-то взгляд, но, оборачиваясь, не могла понять, кто на неё смотрит. «Похоже, у меня паранойя, или эта женщина следит за мной,» — решила попаданка.

— Тиа, — взмолилась, наконец, Вильена, — что-то я сильно устала, давай возвращаться в академию?"

"— Ладно, — печально вздохнула дочка ректора, — поехали домой, раз ты так просишь, но тогда погуляем в воскресенье! Договорились?

— Договорились! — согласилась Люба.

Карета завезла девушек в академию, кучер помог донести вещи. Как только слуга ушел, Теана умчалась к отцу, чтобы похвалиться покупками. Люба, неспешно разбирая вещи, задумалась о том, что произошло. Как понять привиделось ей все, или было на самом деле?

И тут Вильену осенило: щит! Нужно просто создать щит. Если у неё получится именно такой, как она сделала во время нападения желтоглазой, значит то, что случилось — правда, если нет, значит, нужно признать, что это галлюцинации.

Вдруг в окно кто-то постучал. Люба отодвинула шторы и уставилась на нахохлившего грача или ворона, сидевшего на подоконнике. Увидев девушку, птица, похоже, обрадовалась и аккуратно постучала клювом по раме еще раз. Вильена замерла. Птица нетерпеливо постучала снова.

— Ладно, будем надеется это не глюки, — буркнула попаданка и открыла окно.

Птица влетела в окно и приземлилась на стол.

— Добрый день, леди, — чуть наклонив голову, сказала птица.

Вильена без сил опустилась в кресло.

— Говорящий грач, — пораженно прошептала она.

— Ворон, с вашего позволения, а не грач, — поучительно заметила птица, — и не говорящий, а разговаривающий. Говорить и пичужку можно научить. Будет вечно талдычить одно и то же. А я — разговаривающий, а не говорящий.

— Я сошла с ума. Какая досада, — повторила Люба слова Фаины Раневской.

— Вы не сошли с ума. Произошла инициализация, и вы приобрели новые способности, — прохаживаясь по столу, спокойно пояснил Ворон, — способности к ведовству. Именно поэтому вы можете меня понимать.