Баба Люба, давай!

Тиана явно удивилась такому желанию, но ничего не сказала.

Когда девушки покинули салон, Вильена заинтересовалась его названием и выяснила интересные подробности. Фактически управляла салоном сударыня Моав, но часть денег уходила леди Темизе, потому что именно эта женщина дала начальный капитал и свое имя."

"Оказалось, что аристократкам тут работать невместно. Максимум, что могла сделать леди — спонсировать дело или мероприятие и заниматься благотворительностью, хозяйством или детьми.

— Погоди, — вспомнила Вильена, — но ведь лорд Вальдемар говорил мне, что если я не буду учиться, то он отправит меня работать.

— Говорил такое? — удивилась Тиана, — Наверное, он просто решил тебя попугать, чтобы ты лучше училась. Отец говорил мне, что ты происходишь из известного знатного рода.

Вильена даже споткнулась.

— Но откуда он это узнал?!

В свое время Любе приходилось скрывать свое дворянское происхождение. Конечно, кому надо, могли раскопать, но многие люди из её окружения ничего о дворянской крови не подозревали, а тут какой-то в прямом смысле залетный ректор узнает обо всем за несколько минут. Хотя, как знать, сколько времени лорд Вальдемар провел на Земле?

— У отца свои способы, — пожала плечами Тиана, — Но он сказал, что вы — аристократка, поэтому лучше сможете изобразить Вильену. Я опасалась, что вы начнете вести себя со мной, как со служанкой, потому что у меня нет сотни поколений знатных предков.

— Зато у тебя есть обалденный папа! — улыбнулась Люба, — совершил подвиг, получил дворянство. Это почетно. Ведь по сути, что сделали те аристократы, что зазнаются? Ничего! Им просто повезло родиться в дворянской семье. Везение и больше ничего. Гордиться нужно не родом, а тем, чего ты достиг.

— Жаль, что я родилась женщиной и вряд ли смогу чего-то значимого достигнуть, — опечалилась Тиана.

— Почему же? Возможности есть всегда! В своем мире я уже на пенсии добилась открытия приюта для детей, организовала благотворительный фонд, помогала многим людям, — начала вспоминать Люба, — не поверишь, сам мэр города меня боялся и вся городская дума, в особенности депутат Косякин. Такая сволочь, прости господи!

— Депутат? — не поняла Тиана, — это титул какой-то?

— Нет, это должность такая, — Любовь Игоревна поняла, что если сейчас начнет объяснять, кто такой депутат, то времени это займет много.

— А почему он боялся?

— Я грозилась наслать на некоторые объекты, которые он курировал, проверку, а он там знатно проворовался. Мне надо было выбить помощь для молодой вдовы с детьми и для матери-одиночки с двумя младенцами. Так этот жирный скунс меня назвал феминисткой! А я ему: «Да, феминистка, сейчас еще и баб на вас нашлю.