Баба Люба, давай!

Он целовал её брови, щеки, нос, а потом жарко впился в губы. И Люба отвечала так же горячо и страстно. Её сознание, все мысли и рассуждения снесло цунами из чувств. Люба оторвалась от Даинора только тогда, когда услышала протяжный стон и с трудом осознала, что стонала она сама.

Мутными от страсти глазами на неё смотрел принц, грудь его вздымалась от частого дыхания. Сквозь зеленый морок, девушка вновь видела настоящую синеву его глаз.

— Скажи, только честно, — все еще часто дыша, попросил Даин, — он ничего не сделал тебе? Он не издевался над тобой, не принуждал ни к чему?

— Нет, нет, ничего не сделал страшного, — шептала Люба, дрожащими пальцами гладя волосы парня.

— Я с ума сходил, только представляя, что этот подонок может с тобой сотворить, — прерывающимся голосом говорил принц. — Это такая мука. Не знать ничего. Я никогда так не боялся. Пытался отвлечься, но мысли все равно о тебе, милая моя, любимая. Как ты там? Что с тобой? Погоди… ты плачешь? Он все же надругался над тобой?

— Нет, нет, все хорошо. Правда, — Люба поняла, что всхлипывает. — Я тоже переживала за тебя. Каждый вечер заставляла Шариана клясться, что тебя не будут пытать. Но этот гад как-то обошел клятву!

— Меня не пытали, я хотел сбежать. Вот и проучили так, попинали немного, ничего страшного, — со слабой улыбкой признался Даинор, собирая губами слезы с её щек, — не плачь, не плачь, любимая.

Он снова поцеловал девушку, на этот раз нежно, пронзительно, аккуратно, как будто боялся навредить ей. Люба пересказывала последние события, стараясь не слишком углубляться в подробности. Иногда они прерывались на быстрые поцелуи.

— Не бойся, меня тут не морят голодом. Конечно, не королевские разносолы, но есть можно, — ответил Даинор на вопрос девушки о его жизни в тюрьме, — знаешь, в этой ситуации меня радует только одно.

— Что? — не поняла Люба.

— Наши отношения так стремительно развиваются! Оказалось, у тебя такой страстный темперамент! Сразу, как увидела, начала снимать с меня рубашку. Очень жаль, что остановилась, — состроив печальное выражение лица, сказал принц.

— Как ты можешь шутить в такой ситуации? — возмутилась Люба, но, взглянув на довольного Даинора, улыбнулась сама.

— Просто у тебя такая красивая улыбка, — прошептал он ей в губы.

Не известно, сколько прошло времени, когда на пороге появился мрачный менталист.

— Встреча окончена, — сухо объявил он.

С трудом Любе удалось оторваться от Даинора. Принц встал с кровати и с болью смотрел ей в след. Что он может сделать? Как помочь ей? Если бы можно было отдать все свои силы, чтобы ей стало легче, он, не задумываясь, сделал бы это. Принц восхищался её силой духа, тем, что она не опускает руки, стараясь найти решение. Однако, он одновременно осознавал свое бессилие. Это злило.