Баба Люба, давай!

Ярко вспыхнул хвост и хохолок экзотической птицы, а гривы эльфийских коней вдруг стали переливаться. В свете магических шаров оказалось, что окрас у скакунов не серый, а серебряный.

Чем дальше по площади продвигались эльфы, тем больше зажигалось светляков, тем громче звучала музыка. Когда всадники расступились, и вперед выехал сын Владыки Иллариэна, возглавляющий посольство, зажглись последние магические шары. Вся площадь утопала в свете. Завершающие аккорды торжественной музыки стихли, и по площади разнесся голос церемониймейстера:

— Герцог Вилерейский, регент короля Жистралии, хранящий монарший трон, корону и перстень, лорд Уривар Брамон!

Вокруг раздались восторженные крики, и на парадное крыльцо королевской резиденции вышел невысокий старик. Несмотря на годы, которые состарили регента, Люба отметила цепкий взгляд, которым Уривар оглядывал эльфов и приветствующих его горожан.

Визгливо пропели трубы, крики толпы сразу стихли, и церемониймейстер провозгласил:

— Наследный принц Владыки Великого Леса — Риалион!"

"Опять крики толпы, и снова визгливые трубы, которые прекратили приветствия людей. Первым с речью выступил регент. Его голос оказался тихим, но без старческого дребезжания.

Пока он говорил, Люба с помощью заклинания с интересом рассматривала эльфов и правящую верхушку Жистралии. Эльфийский принц горделиво восседал на крупном «серебряном» жеребце. Его длинные волосы цвета спелой пшеницы были сплетены с тугую косу. Кончики неприкрытых заостренных ушей покраснели, и, похоже, замерзли.

По правую сторону от принца также величественно и непринужденно на похожем коне сидела стройная, светловолосая эльфийка. Судя по слухам, супруга принца. Широкий хайратник закрывал ушки принцессы. «Сразу видно умную женщину, — про себя отметила Люба, — не понтуется своей остроухостью в ущерб здоровью и удобству».

Справа и слева, но немного позади наследника, располагались другие эльфы. Всего Люба насчитала шестнадцать всадников. Фелионора она увидела сразу. Его конь, в отличие от скакунов большей части приехавшего посольства, был черным.

Приветственную речь регент закончил быстро и неожиданно:

— Приезд наших соседей и возобновление дружеских отношений так важны для нас, что мы оторвали законного наследника Жистралии от учебы в академии, дабы он мог лично поприветствовать вас!

Вместо восторженных криков вокруг раздались шепотки.

— Что происходит? — удивленно спросила Милара, — этого не было в сценарии!

— Что? Принц? Наследник? — то и дело переспрашивали девушки.

Снова противно вякнули трубы. Жена эльфийского принца слегка поморщилась от резкого звука.