Слово авторитета

 — Эх, красивые времена были, скажу я тебе, — зажмурился старый вор, словно кот, вспоминающий сладость мартовских ночей. — Мы были молоды и полны оптимизма. Признаюсь, у меня была мысль разбогатеть на карманных кражах, и мне понадобилось прожить немало лет, чтобы понять всю абсурдность своего желания. Деньги уходили так же быстро, как и приходили. О них я не жалею. Сейчас я понимаю, что так и должно быть. Важно общение. Мы встречаемся каждый год где-нибудь за границей и обсуждаем наши текущие дела.

— Какие же могут быть общие дела? — попытался скрыть усмешку Лось.

От Гоши Антиквариата не укрылся его тон, и, зацепив внимательным взглядом Лося, он произнес с наставительной паузой:

— Это ты напрасно… мой дорогой друг. Среди карманников, во всяком случае, в те времена, когда промышлял я, было очень немало сиятельных особ. И даже из королевских дворов. Благодаря их помощи мы имели допуск на светские вечеринки, куда приходила очень упакованная публика. Работы хватало всем: кто имел манеры, работал внутри, ну а те, кто попроще, такие, как я, — на губах Антиквариата застыла лукавая улыбка, — царапал снаружи. Ты знаешь, к кому я сейчас направляюсь? — неожиданно спросил Георгий Иванович.

Лось ответил ему улыбкой. Чудаковатый старик нравился ему все больше.

Он мог порассказать немало забавных историй.

— К маркизу! Причем к самому настоящему. Ты даже не представляешь, сколько мы золота выгребли с ним на пару из карман господ, — и уже с некоторой грустью добавил:

— Где оно сейчас?.. Вот так-с!

Сильный женский голос, слегка искаженный могучими динамиками, отчего он казался каким-то неестественно-синтетическим, пробился через толщу стекла.

— О! — прислушался старик. — Кажется, зовут на регистрацию. Жан будет мне очень рад, — и лицо старика довольно расплылось. — Всегда приятно встречаться с друзьями, с которыми довелось провести лучшие годы молодости.

Мастерская Григорьева находилась недалеко от Таганской площади, под самой крышей семнадцатиэтажного здания. Через огромные стекла была видна Москва-река, одетая в каменные берега. Месторасположение мастерской было красивым и во всех отношениях недешевым. Возможно, он никогда и не сумел бы приобрести такую, если бы не вышел на крупных заказчиков в Америке. Их интересовала Москва конца девятнадцатого столетия, и за картины из той эпохи они обещали платить по самым высоким меркам. Ему оставалось только выбрать из альбомов наиболее выигрышные фотографии и перенести их на полотна.