Авоська с Алмазным фондом

Надену-ка я свитерок, из окна дует…

Маменька схватилась за пуловер и одновременно сбросила туфли. Я сообразил, что сейчас она станет примерять жуткие кроссовки, попятился в коридор, одним прыжком преодолел расстояние до своей спальни, застегнул сумку, схватил ее и помчался на вокзал.

Вагон оказался чистым, купе уютным, проводница принесла чай, я выпил стакан, съел печенье под названием «Ласковый мишутка», рухнул на полку и заснул. Утром меня разбудил стуком в дверь проводник. На сей раз мужчина, и совсем неприветливый.

– Подъезжаем, уже Игнатьево, стоянка сокращена до минуты, – заорал он в коридоре. – Эй, подымайтесь! На выход.

Я вскочил, понял, что ни умыться, ни побриться не успеваю, натянул вчерашнюю сорочку, взял так и не раскрытый саквояж и едва-едва успел спрыгнуть на перрон. Состав, мигая красными фонарями хвостового вагона, исчез за поворотом, я начал озираться. Тишина, ни одного пассажира на платформе. Нет дежурной, полицейского, отсутствует табличка с указанием «В город» или «Такси». Куда идти? Наверное, в здание вокзала. Я добрел до длинного одноэтажного желтого дома, хотел дернуть дверь за ручку, но она распахнулась сама.

– Вы Иван Павлович? – спросил поджарый мужчина в летнем костюме.

– Леонид Сергеевич Печенькин, – представился незнакомец. – Глеб Филов просил вас встретить. Может, сначала в гостиницу? Отдохнете с дороги, потом побалакаем.

– С удовольствием приму душ и переоденусь, – обрадовался я.

– Банк «Аэлита» через дорогу от «Центральной», – объяснил Печенькин, пока мы шли к машине, – я подожду вас в кабинете. Не завтракайте в отеле, там гадостью кормят, причем за большие деньги, лучше у нас в кафе поедите, вкусно и недорого.

– Спасибо за любезное предложение, – поблагодарил я.

Выйдя из ванной, я открыл сумку, увидел… меховую шапку и от удивления ее пощупал. Головной убор оказался теплым. Затем он вдруг пошевелился и радостно залаял.

Я в изнеможении рухнул на кровать.

– Людвиг Бах Моцарт Полкан, как ты сюда попал?

Собачка выпрыгнула из саквояжа и начала бегать по постели. Меня осенило. Ну да, вчера я сложил вещи, но не успел застегнуть молнию, поспешив на зов маменьки. Барбос, находившийся в моей спальне, залез в уютное темное место и заснул. После появления Коки я не глядя закрыл сумку и отправился на вокзал, в поезде в багаж не заглядывал, некогда было, и вот вам сюрприз!

Песик спрыгнул на пол, опрометью бросился в ванную и написал там на коврик. Через минуту раздался стук в дверь. Я живо закрыл безобразника в санузле и спросил:

– Я никого не вызывал.

– У вас в номере собака.

– Нет, – малодушно солгал я.

– Соседи слышали вой и лай.

– Неправда! – возмутился я. – Никто здесь не выл.