Авоська с Алмазным фондом

 – Я его знаю? Нет, я его не знаю. И знать не хочу!

Владимир Иванович вытянул вперед руку со связкой ключей.

– Любимая! Ты просила купить особняк, а я – дурак, идиот, кретин! – заспорил. Я признал свою ошибку! Исправил!

Я сел на стул около вешалки. Так вот почему Николетта заявила о разводе с супругом и упала камнем на мою голову. Всегда покорно исполнявший любые ее желания муж взъерепенился, отказался приобретать недвижимость. А я‑то гадал, что стряслось!

Николетта надула губы.

– Да? Сарай на шести сотках?

– Конечно, нет, – засуетился Владимир Иванович. – Три гектара участок, две тысячи квадратных метров избушка, ландшафтный дизайн от известного француза. Погоди, дорогая, фамилия лягушатника из головы выпала, сейчас…

Отчим вытащил телефон, стал в нем рыться.

– Э… э… Ага, вот – Андре Ленотр.

Я не удержался от смешка. Андре Ленотр – гениальный садовник, занимался обустройством парка Версальского дворца, а еще раньше разбил сад при замке Во ле Виконт, который принадлежал Николя Фуке, министру финансов Людовика Четырнадцатого. Король был не лишен такой простой человеческой слабости, как зависть. Их высочество приехал в гости к Фуке и возмутился, что у того роскошный дом, а также не менее прекрасная прилегающая к нему территория. Монарх поступил просто: Фуке заточили в темницу, а Андре Ленотру велели разбить парк в Версале. Если кто запамятовал даты, подскажу: садовник родился в тысяча шестьсот тринадцатом, а скончался в тысяча семисотом году. Он никак не мог заниматься ландшафтным дизайном в приобретенном отчимом имении.

– Особняк именно тот, который ты выбрала на картинке, – пел Владимир Иванович. – Прости меня, дурака! Поехали скорее домой!

– Точно тот? – спросила маменька. – Ворота с гербом? Гостиная бело-голубая?

– Да, да, да! – истово закивал Владимир Иванович. – Парадная комната громадная, в ней весь участок Коки вместе с ее дачкой поместится.

Я потупил взор. А мой отчим не так прост. Сейчас он подобрал самые правильные слова – про фазенду заклятой подружки.

У маменьки вспыхнули глаза, но она сохранила царственно неприступный вид.

– Ладно, скатаюсь, посмотрю на сарайчик. Борис!

– Слушаю, – поклонился батлер.

– Все вещи сложить, перевезти в новый дом, – отчеканила Николетта. – Да поживее.

Из коридора с радостным лаем выскочил пес. Борис подхватил собаку и осведомился:

– Людвига Ван Иоганна Вольфганга Цезаря Брута Ницше с собой возьмете, или его вместе с вещами доставить?

Маменька брезгливо поморщилась.

– Эту дворнягу? В отличие от других, я не собираюсь держать в доме блохастых псов, от них одна зараза.

– Куда прикажете деть собаку? – растерялся Борис.

– На улицу! – фыркнула Николетта.