Проект «Аве Мария»

– Слушайте, а если б вы зарядили все два грамма… – ошалело глядя на Дмитрия, пробормотал я.

Дмитрий пожал плечами.

– Фьюить! Мы бы испарились. Все. И авианосец тоже. Взрыв вызвал бы небольшое цунами. Но до Земли триста километров, так что ничего страшного не случилось бы.

Он хлопнул меня по плечу и добавил:

– А я был бы должен угостить вас пивом на том свете, да? Ха-ха-ха!

– Так вот как устроен двигатель вращения, – хмыкаю я и надкусываю буррито.

Получается, на корабле целая тысяча двигателей («Тысяча девять!» – слышится в голове голос Дмитрия). По крайней мере, в самом начале их было именно столько. Затем, в течение полета, часть наверняка накрылась. На экране, управляющем двигателями вращения, должно быть окно с данными по каждому из них.

Ход моих мыслей прерывает сигнал опасного сближения.

Я «роняю» буррито (то есть оно просто остается висеть там, где я разжал пальцы) и устремляюсь вверх, в командный отсек. Люк из спальни в лабораторию не на одной линии с люком, ведущим из лаборатории в командный отсек, но если грамотно двигаться по диагонали, можно одним махом преодолеть оба.

В этот раз у меня не получается. По пути приходится оттолкнуться от стены лаборатории. Но я с каждым разом оттачиваю свое мастерство.

Проверяю экран радара, и, кто бы сомневался, приближается «Объект А»! Уже не цилиндр – сюда подплывает целый космический корабль. Неторопливо, аккуратно. Может, так эридианцы решили продемонстрировать свои мирные намерения? В любом случае, они почти прибыли.

Кажется, на корпусе «Объекта А» появилась пристройка. На ромбовидной части, которая размером с весь мой корабль, торчит вверх круглая труба. Рядом с гордым видом расположился внешний робот. Похоже, я его слегка очеловечиваю.

Судя по виду, труба сделана из ксенонита. Серо-коричневый пятнистый узор, зернистые вертикальные полосы. Отсюда сложно сказать, но, по-моему, труба полая. Догадываюсь, что последует дальше. Если эридианцы следуют плану, представленному с помощью модели, они постараются состыковать второй конец трубы со шлюзовой камерой «Аве Марии».

Но как они присоединят свой туннель? У моей шлюзовой камеры, конечно, есть функция стыковки – наверное, для корабля, который доставил меня и моих товарищей по экипажу на «Аве Марию», – но откуда эридианцам знать все тонкости работы с нашим стандартным оборудованием?

«Объект А» приближается почти вплотную. А что, если произойдет сбой? А что, если они ошибутся с расчетами? А что, если они случайно пробьют корпус «Аве Марии»? Я – последняя надежда человечества на спасение. Неужели математическая ошибка эридианцев обречет наш вид на вымирание?

Спешно плыву к шлюзовой камере и ныряю в скафандр. Я бью все рекорды скорости.