Проект «Аве Мария»

Достаю штангенциркуль из ящика с инструментами, который держу в туннеле, и замеряю диаметр шарика: 4,3 сантиметра. Определив диаметр, вычисляю объем, умножаю его на плотность железа и получаю гораздо более точное значение массы: 328,25 грамма.

– Я ошибся лишь на один процент, – ворчу я.

– Да! Я разговариваю с собой.

– Да, – соглашаюсь я.

– Теперь я спать. – Рокки вытягивает конечности.

– Ого! – изумляюсь я.

Со времени нашего знакомства эридианец еще ни разу не ложился спать. Хорошо. Это даст мне немного времени для работы в лаборатории. Вопрос, сколько именно?

– Как долго спят эридианцы?

– Не знаешь? Но ты же эридианец! Как ты можешь не знать, сколько спят эридианцы?

То есть они спят неизвестное количество времени. Я не слышал о правиле, будто в ходе эволюции должен выработаться регулярный режим сна. Рокки хотя бы представляет, о каком временном интервале идет речь?

– Есть ли минимальное время сна? А максимальное?

Рокки нередко называет мне до странности точные цифры там, где люди обычно оперируют приблизительными величинами. Я сообразил не сразу, но потом все-таки догадался. На самом деле Рокки тоже называет примерные, округленные цифры, просто они в его единицах измерения и в шестеричной системе счисления. Парню проще перевести эридианские величины в привычные для нас секунды в десятеричной системе счисления, чем мыслить сразу в земных секундах.

Если перевести эти значения обратно в эридианские секунды, получившиеся цифры в шестеричной системе наверняка образовали бы некое круглое число. Но я слишком ленив. С какой стати заново конвертировать данные, которые уже перевел Рокки? Не припомню, чтобы он хоть раз ошибся в арифметических расчетах.

А пока мне надо поделить озвученные эридианцем секунды дважды на 60, дабы попросту перевести одни земные величины в другие. Сон Рокки продлится от трех с половиной часов минимум до почти двенадцати часов максимум.

– Понимаю, – говорю я, направляясь к своей шлюзовой камере.

– Не обязательно, – отвечаю я.

– Ты хочешь, чтобы я наблюдал, как ты спишь?

По негласному договору тройной повтор слова максимально усиливает его значение.

Рокки делает неопределенный жест несколькими руками, подыскивая слова.

Эридианцы наблюдают за сном друг друга? Надо же! Мне следовало бы проявить больше культурной толерантности, но Рокки съязвил, когда я разговаривал сам с собой. И я решаю отплатить той же монетой.

– Эридианцы странные, – заявляю я.

Мне неохота смотреть, как паук размером с собаку несколько часов лежит без движения. У него же на борту экипаж, верно? Вот пусть кто-то из них и посидит рядом.

– Попроси других эридианцев посмотреть, как ты спишь, – предлагаю я, указывая на «Объект А».

У меня от неожиданности отвисает челюсть.