Ватага. Атаман

– Как Керим-Бердио стрелой поразили – видела?

– Что ты, господин, что ты! – Даная испугалась еще больше, напоминая теперь растрепанного воробышка, согнанного шпанистыми мальчишками с плетня. – Я почти ничего не видала – слишком уж стояла далеко. А ближе-то не подойти, я уж пыталась – куда там!

– Пыталась она, – Вожников почесал за ухом, думая, куда теперь отвести эту чертову девку.

Или никуда не отводить? Просто бросить ее здесь, да пускай, кому надо, разбирается – до вечера, а то и до утра, не меньше, вон, кругом подозрительных-то сколько! Целый батальон, уж никак не меньше. И поделом девке – нечего где ни попадя шляться.

Так-то оно так – поделом, но… как это воспримет начальство? Эта Даная для синьора капитана не просто служанка – наложница, и даже – любимая наложница… а другой-то все равно никакой нету! И попробуй ее обидь, это значило бы обидеть самого капитана, что в ближайшие планы Вожникова отнюдь не входило.

– Выведите меня отсюда, господин десятник, – словно подслушав мысли Егора, девушка умоляюще сложила руки. – Пожалуйста, прошу вас. Мой хозяин… я ведь до него просто не доберусь сейчас! А здесь меня, кроме вас, никто не знает.

Синие глаза девчонки вдруг стали мокрыми, красивое личико скривилось, и Егору вдруг стало жалко эту глупенькую служанку, поплатившуюся за свое дурное любопытство – капитан ведь, небось, привык вовремя – сразу после службы – по-домашнему ужинать, да затем ложиться… А если невольница только утром явится – какой тут домашний ужин, какой сон? А кто виноват? Егор прекрасно представлял, кого теперь старый кондотьер сделает крайним – уж точно не эту девицу, что с нее взять-то? Ага! Она ведь и с молодым Марко Гизольфи тайком встречалась, может, капитан – тот еще ревнивец! – что-то такое подозревал, вот девка-то и волнуется, переживает. И правильно волнуется, между прочим – капитан, хоть и отходчив, да гневлив преизрядно, припозднившуюся наложницу может и плетью попотчевать – вполне, очень даже запросто! Попотчует, отляжет у него от сердца… на холодную голову кто виноват будет? Старший десятник Джорджио, кто же еще-то? Почему вовремя Данаю из Цитадели не вывел, не выпроводил? Ведь узнал же, да и она к нему сама подошла.

– Идем, – взяв девушку за руку, Вожников подвел ее к усачу. – Это служанка капитана Аретузи – принесла хозяину своему поесть, да вот, задержалась… то есть – ее задержали.

Отвлекшись от очередного задержанного, страж вскинул голову, разглядывая Данаю с явным любопытством:

– А-а-а! Так вот это кто. Что ж, слыхал, слыхал. Это похвально, когда слуги так заботятся о своем господине.