Ватага. Атаман

Следил Купи Веник за фальшивым князем, да не уследил – правда, не в ханском дворце уже то было, а в гостевых палатах, кои по указанью даже не хана – эмира! – дорогим гостям и союзникам предложили. Добрые палаты, большие, просторные, хоть и из камня выстроены, не из дерева. В окнах – в свинцовых рамах – диво-дивное, чудо-чудное – прозрачное и плоское стекло, смотришь – весь двор видно! Горшеня дивился на то частенько, смотрел – все никак не мог привыкнуть. Это-то стекло его и спасло!

В тот день все, как обычно было – встали с утра, пока расходились, помолились, подкрепились малость – вечером-то снова Темюр-хан к себе в гости ждал, неудобно было отказываться. Пока то да се, и полдень, князюшка Хряжский с воеводами своими прилег отдохнуть, то же самое собрался сделать и Горшеня, ведь и поспал бы, да только не дали – мальчишка младой прибежал, посланец, доложил стражам – мол, важный господин, достопочтенный гость и работорговец генуезский синьор Амедео Феруччи решил навестить, пожаловать по какому-то неотложному делу!

– Этого прими, – кивнул кудлатой башкой бессменный Горшенин ангел-хранитель Никита Купи Веник. – Да помни уговор княжий. Серебра, буде спросит – дай, вот тебе три мешочка.

Господин Феруччи – купчина немолодой уже, солидный и, сразу чувствуется – богатей! – вокруг да около не ходил, а, переходя с татарского на русский, сразу приступил к делу: мол, помнит ли любезный князь, как не так давно сговаривались с ним по одному забавному, но сулящие немалые прибыли, делу – учредить ездящие по одним и тем же дорогам повозки?

Горшеня сразу же заулыбался, закивал – про повозки эти ему князь, напутствуя, много рассказывал, даже кое-что еще сказал, что лжекнязь и присоветовал своему партнеру:

– Надобно скамейку вдоль повозки устроить, чтоб удобней было людям залезать-вылезать.

– Вдоль? – купчина озадаченно почесал бороду и вдруг просиял. – А ведь и верно, так куда удобнее будет. Ну, князь! Ну, голова. Я своим мастерам укажу, пусть именно так и делают.

– А вот и обещанное серебро, – продолжал улыбаться двойник, – три мешка!"

"Синьор Феруччи вопросительно приподнял левую бровь – что-то он не помнил, чтоб князь обещал ему ровно три мешка. О какой-то конкретной сумме во время их прежней встречи речь вообще не шла – так, примерно уговорились. Но… три мешка так три мешка.

– Мои слуги заберут мешки. Готовьте для расписки грамоту.

Таким образом с купцом Феруччи все уладилось как нельзя лучше, подмену торговец не заподозрил, да ведь и не знал накоротке князя.

Проводив гостя с почетом, Горшеня вновь уселся на лавочке у окна. Нарочно не распахивал – смотрел через стекло, интересно было – твердое, а все кругом видать! Чудо!

И всех слуг дворовых видно, и сад, и – во-он, вдалеке – знаменитые ханские пруды с беседками.