Ватага. Атаман

И откуда она только узнала?!

Вылетев в коридор, князь пробежал несколько шагов, заскочил в распахнутую дверь и захлопнул за собой толстую тесовую дверцу, прижав ее ногой.

– Ах ты, кобель блудливый… – От сильного удара клинок ножа, расщепив край одной из досок, чуть не на всю длину высунулся с внутренней стороны. Хороший клинок. Кривобоковский, наверное. – Я тут, себя не жалеючи, ради него по тысяцким и посадникам бегаю! Попам в ножки кланяюсь! С купцами, как с ровней, говорю! А он в это время с чужими бабами милуется! Кроличья душонка!

Нож прошел сквозь щели раз, другой, а потом высунулся только наполовину и больше не выдергивался. По пыхтению снаружи Егор понял, что клинок просто застрял, скорее распахнул створку и сграбастал жену в объятия, крепко-крепко прижав к себе.

– Не было у меня никого и никогда не будет! Тебя одну люблю и никого более! Родная моя, единственная, как же ты можешь в глупости подобные поверить?!

Княгиня Заозерская, изловчившись, попыталась укусить его за шею, но косоворотка спасла – ткань соскользнула по коже, и женщина лишь бесполезно клацнула зубами. Вожников, исправляя оплошность, сильнее нажал ей на затылок, чтобы подбородок оказался над плечом и, не переставая обнимать, повторил:

– Богом клянусь, не было у меня никого! Как ты можешь верить в подобный бред? Мне не доверяешь – самой этой скандинавке напиши. Она жена бургомистра в Або. Я за ее честь словом своим поручился, чтобы муж выкуп поболее собрал. Посему при себе и держал, нипочему более.

– А запирался с ней зачем?

– Не запирался я, кто тебе наплел такую глупость?

– А почему с голой?

– Потому что порвали на ней ватажники одежду, нечего напялить было. Я на нее и не смотрел даже. Ты ведь краше любой девицы в мире, на кого ни посмотри! Мне другие и не нужны вовсе. Ты моя единственная. Тебя одну люблю и никогда не изменяю.

– Она была красивой, свенка эта?

– Да страшная, откуда там красотки? Тощая, пучеглазая, челюсть лошадиная и вымя, как у коровы.

– Ты мне не врешь? – всхлипнув, уточнила Елена.

– Вот те крест! – истово ответил Егор.

– А отчего другим караулить не приказал, самому зачем делать сие было? – постепенно успокаиваясь, пошла на второй круг жена.

– Заняты все были, добро собирали. – Фразу про лису, поставленную сторожить курятник, Вожников оставил при себе.

– Значит, не было ничего?"

"– Не было… – Он рискнул ослабить объятия, с опаской ожидая продолжения. Ведь за столом в неглиже шведка ему таки и вправду прислуживала. Егор начал догадываться, откуда произошла утечка информации. Ибо, кроме Федьки, этого первосортного скандинавского сервиса не видел никто.

– Ты тогда взаправду перекрестись, а не на словах! – потребовала жена.

Князь, отойдя на шаг, осенил себя размашистым и неторопливым знамением.

– Ладно, охальник.