Ассирийский мушаркишу

Первую половину денег получат в осеннее равноденствие, если сберегут всех лошадей и приплод, вторую — в весеннее. Если будут потери, вычту штраф из зарплаты.

18

Я был на своих полях, следил за прополкой кунжута, посеянного в начале теплого сезона. Влаги в почве мало, всходы были слабые, так что помогали им, как могли, чтобы неприхотливые сорняки не задавили и кислород легче попадал в почву. Там меня и нашел гонец от Синаххериба, прискакавший на коне.

— Велено тебе передать: «Шарру Шаррукин отправился в поход на гимирру, вторгшихся в Бит-Буруш. Присоединяйся», — важно огласил он.

— Передай моему повелителю, что я услышал его приказ и начал исполнять, — так же важно произнес я.

Бит-Буруш — это ассирийская провинция в Малой Азии между Таврскими и Антитаврскими горами, частично совпадающая с будущей Каппадокией. Она граничит на западе с набирающим могущество царством Фригия, которым управляет Мидас, видимо, тот самый, о богатстве которого сложат легенды. Раньше там было несколько мелких царств, и регион называли Табал в честь самого крупного из них. Шаррукин покорил их, жителей переселил во внутренние провинции империи, а взамен пригнал туда, сильно перемешав, мятежников из других регионов. В итоге в Бит-Буруше было тихо и спокойно, пока не вторглись кочевники-киммерийцы.

От Халеба до Бит-Буруша было в разы ближе, чем от Дур-Шаррукина, поэтому я не спешил. Успел съездить на пастбища, где Буцефал отвел душу с кобылами, полюбовался приплодом — тремя жеребятами и четырьмя кобылицами. В обратную сторону повез самого крупного щенка из помета, родившегося с куцым хвостом и пятым и шестым пальцами на кости. Как меня заверили пастухи, это признаки отважной собаки.

К ассирийской армии я присоединился, когда она проходила провинцию Куммухи, причем скакал то с отрядом из Халеба, то из Каркемиша, то прилеплялся к какому-нибудь другому. Мне надо было, чтобы никто из них не обратил внимания на мое исчезновение. При каждой возможности приближался к большой повозке с кожаным тентом, на которой везли Шаррукина. Запряжена она четверкой отменных жеребцов гнедой масти, каждый из которых круче Буцефала. Подумал, что неплохо было бы приобрести такого же, как производителя для своего табуна. Мои маневры ни у кого не вызывали подозрения, потому что многие молодые ассирийцы тоже крутились рядом с правителем Ассирийской империи, старались попасть ему на глаза, как-то отличиться, заслужить милость и награду. К тому же, охрана, что днем, что ночью, была раза в три многочисленнее, чем у Синаххериба, не протиснешься. Убить из лука, конечно, были шансы, а вот уцелеть — вряд ли. Я продолжал наблюдение, придумывал разные планы и отметал их. Нужен был такой, чтобы меня не искали. Уж слишком приметный. Найдут и под землей.