Артефакты Древнего

Интересно, он объявит мне войну, если я откажусь от них? Согласно бумагам, может. Хотя, это же в обе стороны действует. Может, я тоже смогу что-то получить взамен? Надо изучить бумаги пристальней. Желательно в одиночестве.

Я свернул бумаги в трубочку и попытался засунуть во внутренний карман пальто. С первого раза не вышло, пришлось чуть надавить и оттуда выпал пакет от Осокиных.

Я чертыхнулся. Совсем забыл о нём. Подхватил пакет в руки и собрался убрать, но заметил, что взгляд Бестужева прикипел к гербу на обороте.

— Осокины? — протянул он задумчиво.

— Они самые, — хмыкнул я, — виру выплачивают.

— Виру? — удивился он, и я описал ситуацию.

— Интересно, — Бестужев дёрнулся, но вовремя остановил себя и посмотрел на меня, — позволишь ознакомиться?

— Пожалуйста, — я протянул конверт, и он шевеля губами, зашелестел бумагами.

Пока Бестужев читал, я задумался.

Правы были те, кто говорил о его покровительстве. Тут и военная помощь прописана в договорах, и экономическое сотрудничество. Он равноценный партнёр с дедом получался, а теперь со мной. Потому что договора заключены между главами родов. Только есть нюанс. Это не отменяет, что договора для меня бесполезны.

Они подразумевают именно равное сотрудничество. Одинаковое вложение с двух сторон. Если кто-то перевкладывается в одном направлении, то второй обязан компенсировать в другом.

Уверен, с дедом он разошёлся бы по дружбе, а я вряд ли. Особенно, учитывая, что за одной проверкой может последовать ещё.

Эти договора для меня, скорее обуза, чем помощь. Я обязан, должен и т.д. Вплоть до вступления в войну. Да, там оговариваются исключения, на случай, если один из союзников пойдёт войной на Императора, например, но мне вообще пока не нужны воины.

Тартар меня поглоти обратно. Вот же Дед, удружил в своё время. Чем он думал? Теперь точно надо к нему ехать, думаю, он сможет всё это расторгнуть без последствий. Но, ладно, это вопрос будущего. Сейчас есть дела поважней. Наладить сбыт артефактов.

— Занимательное чтиво, — Бестужев вернул мне документы, — Осокин, как всегда, горазд на выдумки.

— В смысле? — я запихнул конверт в пальто и посмотрел на Петра Алексеевича.

— В прямом, — усмехнулся Бестужев, — усадьба требует слишком много денег на содержание, ты не потянешь, а помогать никто не будет: содержать свой дом дело чести. Так что тебе придётся продать усадьбу, а это, — Бестужев прервался и посмотрел на меня. — Обычным курьером прислали?

— Угу."

"— Получается, после твоего отказа они выставляют тебя, как жадного охотника до выгоды, — глаза Бестужева сверкнули весельем, — откусил больше, чем можешь проглотить. Отсюда будет уже урон твоей чести, а случившийся поединок смогут в будущем обелить. Якобы это ты всё подстроил.

Я задумался.