Аромат тьмы

Тоже улегся и как последний дурак улыбался, а желающих «прилечь» рядом с ним заметно прибавилось. Меня все сильнее штормило, словно я шампанское с чем-то крепким смешала и разом выпила.

— Что происходит? — просипел снизу Фрей.

Ну наконец-то! Я так обрадовалась, а то уже ощущала себя совершенно безмозглым воздушным шариком, вот-вот «голову» потеряю.

— Я сейчас лопну, — с хохотом вырвалось у меня.

Фрей резко сел и, осмотревшись, будто взорвался: стремительно трансформировавшись, выпустил крылья и поднялся с пола полумонстром.

— Она мо-оя! Истинная! — проревел с такой яростью, что казалось стены задрожали.

— И любимая! — веселым эхом вторила я. Окутав собой, как одеялом, своего разъяренного вайра, призналась ему: — Дорогой, а я сошла с ума…

— Окончательно или временно? — уточнил он отчего-то ревнивым тоном.

— Пока не знаю, — хихикнула я и заикаясь от смеха добавила, — но меня сейчас от переизбытка энергии разорвет как Тузик грелку на мелкие обрывки.

— Это потоки Вайра тебя переполняют, расширяют твои возможности, — пояснил Фрей, вынырнув из моей тьмы.

И начал обходить меня по кругу, злобно рыча на соотечественников, а я чувствовала себя не тучкой, а его темным солнышком. Эта мысль отдалась внутри счастливым и веселым смехом, оказывается приятно быть чьим-то личным солнышком! Нестерпимо хотелось приласкать его лицо руками, настолько непреодолимо, что неожиданно у меня выросли руки, плотные, а не призрачные, и выполнили желание. Дичайшую потребность!

— Родной мой, единственный, — шепнула я, ласково обводя его скулы и челюсть темными пальчиками.

— Ты начинаешь чувствовать, что такое истинная пара! — Алое пламя в глазах Фрея вспыхнуло торжествующим пожаром.

— Или твои желания? Твои чувства? — расхохоталась я.

Я пыталась стряхнуть с себя это безумное, совершенно ненормальное веселье. Мне хотелось петь, танцевать, кружить, где-нибудь в облаках порхать настоящей птицей, с крыльями, чтобы можно было и летать, и касаться руками своего мужчины. А можно еще и ногами обнять его за талию, чтобы прижаться к нему всем телом. Ласкать, наслаждаться его силой, впитывать его темный аромат.

Я закружилась, поднимаясь выше, под потолок. Мой смех звучал, отдавался от стен хрустальными колокольчиками… как мне казалось, а окружающее пространство звенело от силы. Распахнув багровые мохнатые крылья, ко мне взвился Фрей, и я закричала всем миру, делясь восторгом:

— Мой Фрей лучше всех на свете, вкуснее всех на свете, желаннее всех на свете!..