Аромат смерти

Нельзя действовать поспешно. Надо соблюдать осторожность. Она все понимала. Вот только ей это совсем не нравилось. Босс не собирался вмешиваться и только курил одну сигарету за другой, отчего пришел в совсем уж мрачное расположение духа. Наконец он смял пачку в руке и бросил ее в отверстие канализационного колодца. Поднял голову и увидел мошкару, вьющуюся в свете уличного фонаря.

Босс выпустил изо рта струйку пара. На улице заметно похолодало.

Ховард быстро добыл из базы данных информацию: там были серийные убийцы, похитители духов, любители понюхать нижнее белье, извращенцы, фетишисты и серийные насильники. Иви перебирала бумаги в папке, полученной от него, и одновременно проводила собственное исследование – в интернете и в библиотеке, где хранились газеты и журналы на микропленке.

Притихнув, она целыми днями копалась в горах документов на полу у себя в гостиной. Ховард был рад, но в то же время чувствовал подспудную тревогу. Такое спокойствие не могло продолжаться долго, к тому же Иви усваивала информацию гораздо быстрее, чем он рассчитывал.

Вскоре в старой газете из библиотеки ее внимание привлекло одно имя.

Серийный убийца, действовавший на севере Тайваня с 1995 года. Пресса окрестила его Парфюмером, а Иви – Тройным Ч. Убийства он совершал с такой жестокостью, что его историю для прессы цензурировали, чтобы не спровоцировать появление подражателей.

Он отвечал всем критериям Иви: серийный убийца, брызгавший духами на девушек, которых насиловал. Настоящий маньяк – идеальный наставник в деле изучения криминального разума.

Чэн Чуньчинь был даже лучше, чем она себе представляла.

Заливаясь слезами счастья, Иви бросилась к Ховарду в объятия. Она бросилась бы в объятия Чэн Чуньчиня и даже расцеловала его, будь у нее такая возможность.

– Помоги мне его найти, – сказала она. – Я и так в опасности.

Иви говорила о нем как о «стопроцентном попадании».

Способ разыскать его у Ховарда действительно имелся. В его кругу каждый был чем-нибудь обязан другому. Он мог задать коллегам пару-тройку наводящих вопросов, за кофе или за ужином. Но от одной мысли об Иви в компании психопата ему становилось трудно дышать.

Прислонившись спиной к стене, уперев руки в бока, он смотрел на Иви, сидевшую с ногами в кресле и раскачивавшуюся туда-сюда. Глаза закрыты, в одной руке карандаш…

Ховард почувствовал себя еще более бессильным, чем обычно.

В спальне и гостиной Иви царил хаос. Стены были покрыты вырезками с подписями цветными фломастерами. На полу валялись разрозненные документы и книги; вся квартира превратилась в сплошную полосу препятствий. Возможно, ее внешняя собранность была обманчивой и состояние жилища отражало состояние ее ума.