Архитектор душ

Дальше тянуть смысла не было. Я сжал пальцы, дотянувшись до нитей его психеи и фактически передавил ее.

Крик, который перешел в истошный вопль, мгновенно заполнил таверну, и мир вокруг меня снова обрел форму. Я понял только то, что новообретенный дар, способность, проклятье, магия — не знаю, что это, сыграл мне на руку.

Матрос орал так, словно я сломал ему руку. Он упал на колени, слезы и сопли перепачкали ему лицо, а глазные яблоки покраснели.

— Я предупреждал, — сказал я, ощущая металлический привкус во рту, словно после долгого и надсадного кашля. Голова стала чугунной и тяжелой, а мир стал слегка плыть перед глазами. Но не так, как от взора, когда я могу видеть психею, а наоборот, когда понимаешь, что вот-вот потеряешь сознание. — А теперь живо извинился перед девушками.

— Ты мне руку сломал!!! — проревел матрос. — Руу-у-ук-у-уу, — он поднял изувеченную кисть, держа второй рукой за предплечье.

— Нет, — отрезал я. — Просто передавил тебе артерию, кровоснабжение остановилось, и ты испытал невероятную боль.

Я врал. Врал нагло и беспринципно. Я понятия не имею, что могло случиться с его рукой после такого сильного вмешательства в его психею. Мой прошлый опыт показал, что я одним касанием пальца к своей психее вызвал онемение и тупую ноющую боль. А что могло случиться, если бы я сжал нить всеми пятью пальцами?

Не исключаю, что физическая оболочка могла пострадать: сломаться кость, порваться мышечная ткань или сразу возникнуть внутренний некроз. Это же магия. Могло буквально случиться что угодно. И то, что я не знал последствий своих действий, пугало не меньше происходящей ситуации.

Позади раздался шорох. Видимо, кто-то из его дружков, самый смелый или самый пьяный, решил все же сдвинуться с места.

— Сзади! — крикнула Алиса.

Я среагировал инстинктивно. Тело двигалось быстрее, чем я успевал думать. Ловким, отточенным движением, которое, должно быть, принадлежало Громову, я выхватил из-за пояса маленький револьвер и, развернувшись, наставил его на несмышленого матроса. Тот как раз ухватился за пустую бутылку из-под рома и явно собирался не просто мне ее показать, а познакомить с ней мою затылочную кость как можно ближе.

— Куда это ты собрался? — спросил я у него таким тоном, словно только что не потерял половину энергии на один нехитрый финт с психеей. Головокружение мешало сфокусироваться, но ствол пистолета смотрел прямо ему в переносицу.

— Гыы… гы-гыы… — осклабился он ртом, в котором недоставало половины зубов, и медленно поднял руки в примирительном жесте, роняя бутылку.

— АААА!!!

Крик раздался не сзади, а чуть справа-сбоку. Тот самый моряк, что ревел от боли в руке, с яростью обезумевшего быка ринулся на меня. Он не пытался ударить. Он просто сбил меня с ног как таран.

Мир перевернулся во мгновение ока.