Археолог. А надо было на юриста.

Скоро, блин, плюнуть нельзя будет, чтобы не попасть в какого-нибудь очередного гения. Честно говоря, это стало уже немного доставать… Но я сдержался и промолчал. Принцип «барин — холоп» работал незыблемо и мне оставалось лишь продолжать вежливо выслушивать своего нового начальника. А тот явно не спешил, взяв мхатовскую паузу.

— Наша работа связана с изучением прошлого путём весьма необычных методов, — господин Альтов, наконец-то, соизволил проговорить с высоты своего кресла, — Вам уже это должно быть известно.

— Верно, — кивнул я в знак согласия, — Господин Железков кратко уже ввел меня в курс дела. В самых общих чертах, разумеется. И…, - я взглянул на сидящего рядом Фёдора Борисовича, — Даже успел кое-что показать наглядно.

— Да, я знаю, — проговорил Степан Анатольевич и невозмутимо продолжал, — И для таких исследований нам нужны не просто историки и археологи, а ОСОБЕННЫЕ археологи. Люди, обладающие необыкновенными способностями.

— Это мне тоже говорили.

— Вот и прекрасно. Мы знаем, что вы — один из таких людей. Но, знать это одно, а быть уверенным на 100 % — это другое.

— И что же вы хотите?

— Простую демонстрацию, — спокойно и буднично проговорил руководитель, будто речь шла о каком-то пустяке, — Уверяю, от нас вам нечего скрывать. Вы ведь понимаете, что мы и пригласили вас сюда, прежде всего благодаря именно этим качествам. Так что — мы должны быть уверенны.

— Понятно, — буркнул я.

Вот, значит, и наступила главная часть собеседования. Я так понял, что собственно это лишь их и интересовало в первую очередь. Всё остальное — формальность. Ну, Железков как-то об этом так прямо и говорил. Я вздохнул, собираясь с мыслями. Делать нечего, назвался груздем — полезай в кузов…"

"В следующий миг я исчез. Конечно, я не исчез буквально физически, но из поля зрения человеческого глаза — точно. Мне было даже интересно посмотреть на их реакцию. Давно я не делал этого вот таким образом — публично и на заказ. Любого человека это должно было, как минимум удивить. Но оба моих собеседника отнеслись к моему «чуду» весьма сдержанно. Похоже именно этого они и ожидали.

— Превосходно, — заявил Степан Анатольевич, тоном учителя, похвалившего своего ученика за радивость, — А что-нибудь делать в этом состоянии вы можете?

— Да всё могу, — ответил я.

Представляю, как странно мой голос должен был звучать из пустоты…Но опять ни один мускул не дрогнул на смуглом и неподвижном лице господина Альтова. Просто покер-фейс какой-то! Он молча ждал продолжения «шоу».

— Для меня ведь ничего не изменилось, — пояснил я, — Вот, смотрите.

Для пущей наглядности я встал, отодвинул стул и, обойдя Фёдора Борисовича своей бесшумной походкой, которую тренировал годами, взял блокнот, который лежал на столе перед ним.