Ареал

После того как Прокопенко покинул подвал, она очнулась ближе к полуночи. Заплывший глаз не открывался, разбитые губы сильно опухли, и попытка дотронуться до лица вызвала боль. Девушка отыскала впотьмах бутылку с питьевой водой и попыталась умыться, но от этой затеи быстро пришлось отказаться. Воды имелось меньше литра, и стоило поберечь её для питья. Когда её захотят покормить в следующий раз, было неизвестно. До утра следующего дня Татьяна пролежала, не в силах уснуть, и пыталась отогнать от себя самые чёрные мысли. Теперь окружающий её кошмар сном уже не казался, скованное болью лицо и впитавшаяся в одежду вонь ни разу не вычищавшегося отхожего места слишком красноречиво свидетельствовали о том, что всё происходит на самом деле. Но нависшие над ней жуткие перспективы сделали незначительным сам факт того, что она стала Зависимой и больше никогда не сможет покинуть Ареал и увидеть родных и близких людей. Время, отпущенное ей Прокопенко, стремительно сокращалось с каждым болезненным провалом в беспамятство, сознание панически требовало от неё каких-либо действий, но найти выход из западни она не могла. Перспектива стать живой резиновой куклой низкого и подлого подонка вызывала у Татьяны рвотные спазмы. То, что последует в случае её отказа, и вовсе вгоняло в первобытный ужас.

К обеду девушка почувствовала себя немного лучше и вновь принялась за попытки вырвать оконную решётку. Пару часов она, как могла, расшатывала вбитые в бетон прутья толстой арматуры, стараясь не обращать внимания на сыплющееся на опухшее лицо мелкое крошево. Подошедшего к окну со стороны улицы охранника она заметила слишком поздно.

— Кончай кипишевать, шалава! — раздался грубый окрик, и нога в ободранном армейском ботинке ударила её по вцепившимся в решётку пальцам. — Ещё раз увижу, получишь по рылу!

Татьяна с тихим вскриком отлетела назад и упала на грязный матрас, сжимая в ладони отбитую руку. Пальцы пылали болью, но удар оказался не сильным, и обошлось без переломов. Ушибленные мягкие ткани опухли, и сжимать руку в кулак стало очень больно. Через несколько минут в подвале появился небритый. Он с силой швырнул в неё скомканным в сверток пакетом с едой, и она едва успела закрыться руками. Завёрнутая в пакет пластиковая бутылка с водой больно ударила по локтю и вывалилась из пакета.

— Слышь, ты, сучка, подойдёшь к окну — и я тебе вторую половину рожи разукрашу! — злобно прошипел бандит и захлопнул за собой дверь. Снаружи раздался его недовольный голос, велящий тому охраннику, что дежурил у окна, чаще смотреть через него в подвал. Тот пожаловался, что отвал развалин загораживает обзор, на что ему посоветовали заткнуться и отправляться на своё место.