Ареал

Вопрос в том, что там, дальше… Мобильный и УИП не работали, что не удивительно, если предполагать, что сейчас идёт Выброс. Автомат поцарапался и запылился, возможно, под ударами падающей стены сбилась пристрелка, но в целом оружие не пострадало. В самом подвальном помещении внутренние стены почти полностью сохранились у стыков с несущими конструкциями и почти полностью же разрушились ближе к его центру. Если на момент катастрофы учёные стояли в дальних углах, как он, то шансы выжить у них были. Майор привычно укрепил на предплечье неработающий УИП, рассовал по карманам всё остальное и, забросив автомат за спину, пошагал через обломки разыскивать «головастиков».

Николаеву он нашёл сразу. Профессор уже пришла в сознание и сидела у стены, пытаясь разглядеть приближающегося к ней человека.

— Медведь, это вы? — Она всматривалась в тусклый свет, стряхивая с лица пыль и мелкие кусочки битой штукатурки. — Что произошло?

— Похоже, Выброс, — поморщился здоровяк, — и очень мощный. Вы как, целы?"

"— Я не пострадала. — Николаева осмотрела себя. — Будет пара-другая синяков, и не более того. Вот только всё тело зудит, словно телефон с вибровызовом, и в ушах гул. Наверное, контузило.

— Нет, — майор присел перед ней на корточки, — это действие Выброса. Нам повезло, что мы оказались в здании, да ещё и в подвале. На открытой местности мозг или внутренние органы не выдержали бы вибраций. — Он вытянул перед её лицом два пальца английской буквой «V». — Сколько пальцев видите?

— Два.

Он соединил их вместе и поводил рукой из стороны в сторону:

— Следите за пальцами, голову не поворачивайте, только глазами. — Здоровяк всмотрелся в глаза профессора. — Что ж, контузии у вас нет, значит, обрушение вас не зацепило, а потеря сознания была вызвана Выбросом.

— Я думала, что тревога учебная, — болезненно поморщилась Николаева, — и что Выброс имеет строго определённый Шаг в один километр сто пятьдесят три метра и не может добраться сюда…

— Я тоже так думал. — Пожал плечами Медведь. — Давайте, я сниму с вас наручники.

— Наш сторож сменил гнев на милость? — Профессор принялась растирать освобождённые от оков запястья.

— Ему уже всё равно. — Майор поднялся. — Пойду, поищу Никиту. Вы пока не выходите из этого угла, кто его знает, что сейчас происходит на поверхности… Выброс не разрушает строения. По крайней мере, раньше не разрушал.

Степанов обнаружился в своей камере, без сознания и придавленный куском стены. Похоже, когда стены рушились, его отшвырнуло в сторону. Он упал, пытаясь закрыть голову скованными руками. Это его и спасло. Иначе учёного ожидала участь сержанта-конвоира. Медведь положил зажигалку в карман, уцепился за край упавшей стены и упёрся ногами в пол.