Ареал

Повезло, что его не засыпало, хотя один из таких обломков обнаружился прямо рядом с головой. Майор ощупал его шершавый бок. «Серьёзный размерчик. Совсем немного не долетел, ещё сантиметров двадцать — и всё, приехали».

Он медленно поднялся на ноги, опасаясь в темноте удариться головой о какое-нибудь неожиданное препятствие, положил скованные наручниками руки ладонями на стену и осторожно двинулся вдоль неё к выходу. Когда всё началось, дверь была открыта, поэтому можно рассчитывать, что путь из камеры свободен. Нужно выйти в коридор и выяснить, что с учёными, чем занята охрана и что вообще творится на свете белом, столь неожиданно ставшем чёрным. Медведь, на ощупь переступая через неожиданно многочисленные и крупные обломки, добрался до противоположной стороны камеры и понял, что проблем с выходом не возникнет: стены, в которой располагалась дверь, больше не существовало. Собственно, через её обломки он и пробирался. Здоровяк добрался до разрушенного края камеры и остановился, вглядываясь в темноту. Видимость превосходная — хоть глаз выколи. Если отойти от стены, недолго и потерять ориентацию на местности, если раньше не сломаешь ногу. Похоже, выдержали только несущие стены и перекрытия, остальные перегородки обрушились. Как только потолок не обвалился…"

"Майор попытался сообразить, где он сейчас находится и в какую сторону смотрит. Если он всё правильно представляет, то выход где-то вон там, туда и надо пробираться. Он хорошо помнил, что перед тем, как всё началось, входная решётка была закрыта и конвоир находился где-то рядом с ней. Если сержант успел унести ноги, то вряд ли запирал за собой решётку, а значит, есть возможность пройти дальше. Если не успел, то где-то там лежит его тело, на котором должны быть ключи от наручников. Избавиться от браслетов хотелось ну очень сильно, пробираться в полной темноте через кучи острых обломков со скованными руками — занятие не самое удобное. Медведь поочерёдно потёр зудящие от постоянного гула уши. «Этот гигантский шейкер, совмещённый с пароваркой, быстро добьёт кого угодно, если под рукой нет запаса воды, хотя бы обычной фляги. И всё-таки, что происходит? Выброс, даже самый мощный, не способен разрушать бетонные здания. В Жёлтой Зоне, вон, до сих пор деревянные дома держатся…» Он пару раз резко выдохнул через нос, выдувая набившуюся пыль от битой штукатурки, и громко произнёс:

— Есть кто живой?

Ответа не последовало, и майор повысил голос:

— Люди добрые и не очень, отзовись! Кто откликнется, тому ничего не будет! Даже балбесу сержанту!

Но никто так и не отозвался. Медведь нахмурился. «Это плохо. Нужно быстрее разыскать учёных, наверняка им нужна помощь.