Король Ардена

Она рождалась у него в потаенных уголках сердца, затрагивала струны души, и они напевали свою песнь – нежную и до боли печальную. Пальцы уверенно вторили песне его души, рождая на свет новую мелодию, которая звонким эхом разносилась по комнате и просачивалась в распахнутые окна. Мелодия еще была нескладной, и Тристан спотыкался на клавишах, на что инструмент отзывался недовольным жалобным ворчанием низких нот и плачем высоких. Но Тристан знал, что со временем отшлифует композицию, усовершенствует ее и на свет появится очередная мелодия его любви. Мелодия, которую никто никогда не услышит.

Он закрыл глаза, перебирая клавиши, полностью отдав себя вдохновению. Он склонился к пианино и повернул голову набок, как будто старый инструмент нашептывал ему секреты, понятные только им двоим. Музыка окутала его нежными объятиями. Тристан словно наяву чувствовал на плечах худые белоснежные руки, вдыхал аромат ландышей и в переливах высоких нот слышал тихий ласковый голос. Перед закрытыми глазами уже вырисовывался образ сероглазой белокурой девушки, спрятавшейся среди кустов ландышей, как вдруг его песнь любви прервал чужой голос. Более тонкий, детский, но требовательный и настойчивый.

– Откройте! Пожалуйста, помогите!

Мелодия резко стихла.

Тристан сжал руки в кулаки и, открыв глаза, тихо выругался. Голос был ему знаком.

Что эта малявка забыла у его покоев? Совсем страх потеряла?

– Принц Тристан! Откройте, пожалуйста! – Крики сопровождались громким стуком в дверь.

«Она что, ногами ее колотит?» – подумал Тристан и с силой потянул за ручку.

Судя по всему, Адалина прижималась к двери всем телом, потому что, когда Тристан распахнул ее, она ввалилась в комнату и налетела на него, уткнувшись лицом в голую грудь. Тристан схватил ее за плечи и грубовато отодвинул от себя.

– Ты спятила, соплячка? – злобно прорычал он.

Адалина раскраснелась, но Тристан быстро смекнул, что это не от стыда. Ее грудь тяжело вздымалась, а некогда тугие кудряшки растрепались и свисали по плечам неопрятными локонами. Девочка запыхалась от бега.

– За тобой что, гнались? – спросил он, выгнув бровь, и только сейчас заметил, что в ее глазах блестят слезы.

– Принц Тристан, умоляю, помогите.

От былой гордости и бойкости не осталось и следа. Адалина выглядела так, как будто готова упасть перед ним на колени. Даже руки сжала у груди, словно в молитве.

– Что стряслось и почему именно я должен тебе помочь?

Адалина подняла на него взгляд и, тут же смутившись, отвернулась.

Вспомнив, что стоит полуголый, Тристан раздраженно цокнул, схватил со спинки кресла рубашку и начал одеваться.

– Принц Тристан, моей сестре Эстель грозит смертельная опасность, – быстро затараторила девчонка.