Хранитель Ардена

А сейчас впервые за свое существование он жаждал простого счастья, которое не мог себе позволить. Даже то ничтожное время, что у него оставалось, грозились отобрать.

Глаза обожгло слезами безысходности.

– Ты ведь понимаешь, что на испытании у тебя заберут самые дорогие воспоминания для беспрекословной верности Ордену? Дом и семья больше не будут главенствовать в твоем сердце. Тебя заставят забыть Тину.

Закария резко вздохнул.

Он понимал.

За право отмщения ему придется заплатить непомерно высокую цену. Служители теней были не просто сильнейшими воинами Ордена теней и крови – таким было полное название тайного общества, где занимались оккультизмом, алхимией и познанием секретов человеческих душ и разума. Они умели вторгаться в чужое сознание и повелевать им, управлять воспоминаниями. Неподготовленного человека такое вторжение попросту убило бы, но адепты теней с малых лет пили снадобья и были устойчивы к ядам и простым человеческим хворям. Хотя для служителей их сознание было словно раскрытая книга. Именно поэтому адепты теней не могли выдавать секретов Ордена, не могли предать и были беспрекословно верны. И одно из самых суровых испытаний, чтобы получить право продолжить обучение на Мастера теней, – это добровольно отдать дорогие сердцу воспоминания.

Для Закарии долгое время это была семья. Он готов был пожертвовать ими ради возмездия, зная, что через пятнадцать лет эти воспоминания можно вернуть с помощью особого ритуала. Но служители Ордена вряд ли заберут их. Ведь именно любовь к семье и желание отомстить за нее привели его в Орден. Эти воспоминания делали его преданным адептом.

– Я вспомню ее через пятнадцать лет, – попытался Закария ухватиться за последнюю надежду. Они произнесли брачные клятвы. Он искренне верил, что чувства Тины были так же крепки, как и его, и она согласится ждать.

Это казалось эгоистичным и безжалостным.

Но он не мог с собой ничего поделать.

Холланд встал из-за стола и подошел к нему. Снова сжал его плечо, на этот раз мягче, словно хотел выразить сочувствие, но давно позабыл, как это делается.

– Закария, мы служители теней и крови. Ты знаешь, что это значит. Если даже воспоминания вернут, они будут блеклой тенью того, что ты когда-то испытывал. Ты сам за годы службы станешь тенью себя настоящего. Того Закарии, которого полюбила Тина и который полюбил ее, больше не будет. Тебе надо смириться с этим и отпустить ее.

– Когда я должен уехать? – спросил он безжизненным голосом.

– Корабль, на котором мы прибыли из Дахаба, отплывает завтра на рассвете.

Вместо нескольких месяцев хрупкого счастья осталось лишь пепелище.

Закария не мог находиться рядом с Холландом. Он повернулся лицом к двери, собираясь выйти.

– Закария.

– Что?

– Не давай ложных надежд.