Екатерина Арагонская. Истинная королева

Во время визита в Хэмптон-Корт Генрих впервые отпустил замечание по поводу бьющей в глаза роскоши этого потрясающего дворца.

– Томас, вы затмеваете великолепием своего государя! – воскликнул он, хлопая Уолси по спине.

– Это только кстати, – с видимой неловкостью поспешил ответить кардинал, – что слуга вашего величества является отражением более яркого великолепия своего короля!

– Правда? – Генрих прищурился. – Скажите мне, какой из моих дворцов великолепнее этого?

Он обвел рукой прекрасные гобелены, вычурный позолоченный лепной фриз с резвящимися херувимами, сверкающее стеклами окно эркера и обилие золотой посуды на буфете.

Уолси начал торопливо превозносить красоты Гринвича и Ричмонда, и больше ничего сказано не было. Однако через неделю Генрих пришел в покои Екатерины, сияя широкой улыбкой и с дарственной на Хэмптон-Корт в руках. Кардинал, без сомнения, понял, что настал миг принести жертву, и преподнес своему господину дворец.

Екатерина усмотрела в этом начало конца Уолси, но она ошиблась. Что бы там ни было, а передача Хэмптон-Корта показала Генриху, как предан ему кардинал, и привязанность короля к старому другу только выросла.

– Был ли хоть один король так благословлен слугами? – повторял Генрих.

Уолси не прогадал.

Кардинал пришел к Екатерине – весь шуршание красной мантии и низкопоклонство.

– Мадам, король просил меня помочь вам с руководством для леди Солсбери относительно режима дня, которому будет следовать принцесса в Ладлоу.

Не дожидаясь приглашения, он сел за стол и достал из толстой кожаной сумы, которую всегда носил с собой, бумагу, перо и чернила.

Екатерина обуздала свои чувства. Она была матерью Марии, и ей решать, что хорошо для дочери.

– Относительно этого предмета, господин мой кардинал, я бы хотела, чтобы леди Солсбери обратила самое чуткое внимание на достойное образование принцессы и воспитание добродетелей. Мы с леди Солсбери придерживаемся по этому поводу одного мнения, и я расскажу вам о режиме дня. Мы уже обсудили его, осталось лишь занести на бумагу. Вы сделаете это?

– Я бы посоветовал… – Уолси нахмурился.

– В этом нет необходимости, – перебила его Екатерина. – Все уже решено. Принцесса будет много времени проводить на свежем воздухе и гулять в саду, чтобы быть здоровой и не скучать. Она будет заниматься музыкой, но не слишком долго, дабы не утомляться, а также продолжит изучение латыни и французского, однако уроки не должны быть изнурительными. Мария любит танцевать, и у нее должно хватать времени на это.

Уолси начал делать записи своим корявым почерком.