Екатерина Арагонская. Истинная королева

Той ночью Екатерина проплакала много часов, боясь, что потеряла любовь мужа навсегда. Но и ее собственные надежды тоже были перечеркнуты. «Чем я заслужила такую злую участь?» – спрашивала она себя.

– Что говорят при дворе? – строго спросила Екатерина Маргарет Поул и Марию на следующий день.

Маргарет смотрела на нее печальным взглядом:

– Многие разочарованы. Говорят, если бы этот ребенок родился до помолвки, принцессу не обручили бы. Теперь люди думают, что она могла бы стать наследницей здесь. Особенно боятся того, что через ее брак Англия может покориться Франции.

– Они говорят так, будто я больше не смогу вынашивать детей! Но, Маргарет, у меня будут еще дети, непременно. Мне всего тридцать три.

– Я знаю женщин, которые вынашивали сыновей и в более солидном возрасте. – Маргарет говорила твердым, ободряющим тоном.

– Вот, например, я старше вашего величества, а посмотрите-ка на меня. – Мария похлопала себя по животу. – Тридцать три – это еще не возраст!

Екатерина слабо улыбнулась:

– Вы обе очень добры.

– Пожалуйста, отдохните немного, дорогая мадам, – вздохнула Маргарет. – Вам нужно снова набраться сил, чтобы родить этих сыновей!"

"Генрих и Екатерина склонились над колыбелью, лица их были исполнены тревоги. Сердце Екатерины разрывалось. Новорожденная принцесса, двух дней от роду, слабела и угасала, а потому призвали короля. Они смотрели на малышку и молились, крошечные ручки затрепетали и безжизненно упали. Екатерина ахнула, не веря своим глазам, и сгребла в охапку обмякшее тельце.

– Изабелла, моя малютка Изабелла! – в отчаянии голосила она и качала на руках ребенка, как будто это могло вернуть малышку к жизни.

– Кейт, прошу вас, – успокаивал ее Генрих с бо́льшим чувством, чем она могла ожидать. – Это Господня воля.

– Сколько раз вы мне уже это говорили? – рыдая, закричала она.

– Кто мы такие, чтобы подвергать ее сомнениям? – беспомощно сказал Генрих, по его щекам текли слезы. – Она и мой ребенок тоже! Дайте мне подержать ее.

Король забрал у Екатерины маленький сверток, сел и прижал его к груди, издавая громкие, сотрясающие все тело всхлипы.

– Я не вынесу еще одной утраты! – плакала Екатерина. – За что Бог наказывает нас?

– Честно сказать, я не знаю, – произнес Генрих, глядя на маленькое восковое личико.

– Даже окрестить не успели! – стенала Екатерина. – Теперь ее душа в преддверии ада, она никогда не узрит Бога.

– Никогда не верьте в такое! – возмутился Генрих. – Некрещеные души наслаждаются теми же блаженствами, что и все прочие. Я читал об этом. Вам следует придерживаться такой мысли, Кейт. И мы должны отпустить ее. – Голос короля дрогнул. – Я распоряжусь, чтобы ее похоронили у стены на монастырском кладбище.