Аполлон на миллион

 – Кто счастливый избранник?

– Вот это самая интригующая часть известия, – усмехнулся профессор. – Твой отец.

Я поперхнулась."

"– Феликс! Мой родной папа давно умер[6], я же рассказывала тебе свою биографию. Меня воспитывала бабушка, правду о родителях я узнала не так давно.

– Прости, я неправильно выразился, – смутился профессор, – я имел в виду Петра Андреевича.

Я разинула рот, да так и осталась сидеть, пытаясь переварить сногсшибательную новость.

Я уже говорила, что мы с Феликсом не испытывали особого желания идти в загс под марш Мендельсона[7], собирались без шумного фейерверка шлепнуть в паспорта штамп и уехать отдыхать. Но Зоя Игнатьевна вознегодовала, начала грызть мозг Глории и нам. Дабы сохранить семейное спокойствие, пришлось готовить церемонию, на которую бабушка Феликса позвала нужных ей людей. Бракосочетание внука ректора института проблем человеческого воспитания должно протекать по всем правилам, с соблюдением традиций. Зоя Игнатьевна пожелала устроить образцовое мероприятие. Она задумала главное светское событие года и надеется увидеть у входа в ресторан орду папарацци. Зачем старухе нужен вселенский шум? Ответ проще некуда: институт, который принадлежит Зое Игнатьевне, – коммерческое предприятие, и чем чаще его название мелькает в прессе, тем больше приток людей, желающих узнать, как правильно одеваться, должным образом вести себя за столом и на разных мероприятиях, овладеть наукой успешных переговоров. Наша с Феликсом свадьба – это реклама ее учебного заведения.

Но случилась незадача. Невесту к увитой цветами арке, возле которой мается в ожидании жених, обязан вести отец, а у меня его нет. Узнав, что я просто пройду с Феликсом без торжественного шествия под руку с родителем мимо шеренги аплодирующих гостей, Зоя Игнатьевна схватилась за сердце. Но в агентстве «Стрела Амура» живо решили проблему – у Маргариты и Эвелины есть на такой случай несколько актеров, изображающих фальшивых отцов. Мне они посоветовали господина Бухтина. Чтобы эрзац-папаша с блеском исполнил свою роль и не вызвал подозрений у собравшихся, ему следовало пожить несколько дней у меня в доме, узнать «доченьку» получше. Снявши голову, по волосам не плачут, и я согласилась на пребывание в Ложкине Петра Андреевича. Он угнездился в особняке и за короткий срок ухитрился понравиться всем… кроме меня. Даже Феликс с удовольствием беседует с лицедеем.

И вот потрясающее известие – Зоя Игнатьевна и мой фальшпапа решили пожениться.

– Я сам растерялся, когда бабушка сегодня объявила о помолвке, – вздохнул Маневин. – И… э… ну…

Я махнула рукой.

– Договаривай до конца, навряд ли что-то поразит меня больше, чем уже услышанное.