Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Да не чиркай по-пустому, бензин кончится, где брать!

— А мы, мамка, бензин из немецких машин в комендатуре с ребятами берем, — хвастливо сказал Васька, чиркая зажигалкой. — Дырочку в баке пробьем, котелок подставим, он и течет…

— Ты что говоришь, а? — ужаснулась Маруся. — Кто тебя посылал туда? — должно быть, она схватила Ваську за ухо, потому что он взвизгнул и захныкал. — Уши оторву, если сунешься еще! За литр бензина застрелят, как собаку! Садись, борща с мясом поешь… — спустя минуту она вдруг заплакала, запричитала по-бабьи: — Господи, тут за вас вся душа изболелась, а теперь Гаврик попал. Что ему думается сейчас в том сарае? Ой, горе мне, горе! Один у меня на всем свете родной, вырос человеком, — и вот горе…

— Мамка, а дядя Гаврик в каком сарае, в пожарном? — спросил Васька, перестав стучать ложкой.

— А где ж еще! Мы ж стояли все, пока кинули его туда. Гнедюк и караулит его. А завтра…

Семен открыл люк и спустил ноги. Решение созрело внезапно. Васька попятился от бородатого мужчины у которого за поясом торчал штык. Маруся прижала к себе сына, укоризненно глянула на Семена. Но он притянул Ваську и, ласково погладив по стриженой в кружок голове, спросил:

— Лом у вас есть, Василек?

Мальчик оглянулся на мать, но, видя, что ее не пугает незнакомый дядька, осмелел и отрицательно помотал головой.

— Ну, железяку потолще поищи.

— Железяка есть, — сказал Васька. — От старой тачки ось толстющая, принести? — и метнулся в сени.

— Сына доверишь мне, Маруся?

Женщина вдруг вспыхнула.

— Сеня, не дай бог… — растерянно сказала она.

— То видно будет, — сурово сказал Семен. — Один я не найду.

Он проверил обойму в пистолете, поправил штык за поясом. Васька, пыхтя, внес ржавую тележную ось.

— Такая пойдет, дядя? А зачем вам?

— Надо, — сказал Семен. — Ну, Василек, до пожарного сарая сумеешь меня проводить?

Мальчик просиял от догадки.

— Доведу, дядя, мы задами пройдем, а на площади я вас по тот бок сарая выведу. Идемте скорее, — и он доверчиво схватил Семена за руку, потянул его к двери.

Маруся накинула на сына пиджачок, склонилась над ним.

— Сыночек, ты ж слушайся дядю! Ой, будьте ж осторожны, осиротею я вовсе…

— Помолчи! — оборвал ее Семен. — Василька сразу верну. Ну, прощай, Маруся, не поминай лихом…

V"

"Семен и Васька вымокли до нитки, пока добрались до бывшего пожарного сарая, превращенного фельдкомендантом в тюрьму. Выждав минут десять, нужных мальчику на обратный путь, Семен прислонил к стене железяку и выглянул из-за угла. Он так бы и не увидел ничего в косой стене дождя, но в это время в пузыристых лужах десятками голубых стрел изломалась молния, и Семен разглядел под карнизом сарая мокрый нахохлившийся плащ с капюшоном.

Затаив дыхание, Семен подобрался на расстояние прыжка. Остальное было делом секунды.