Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Пока она выбирала в стаканчике карандаш, доставала из-под бумаг рабочий блокнотик, пока шла через кабинет, Пирогов успел сесть за стол, принять непреклонное выражение лица.

— Запишите… Запишите сначала текст телефонограммы во все сельские Советы, кроме Покровки и Коченева. — Повторил, как учитель на диктанте: — Пишите: представить в райотдел НКВД отчеты о замеченных кражах в селах, на выпасах, на дорогах близ села. Указать наименование похищенного, его стоимость, кому принадлежит — колхозу или личное имущество граждан, время хищения — месяц и день. Подчеркните особо — день. Мне нужен день! Срок исполнения — завтра. Подпись Паутова и моя.

С Паутовым он еще утром договорился о том, докладывая об итогах своей поездки.

— Записали?

— Да, товарищ лейтенант. Помнится, в мае — июне Михаил Степанович тоже интересовался этим.

— Он делал какие-нибудь записи?

— Этого я не знаю. Он вообще не очень любил писать. Даже письма родным. Изредка посылал открытки жив-здоров.

Она осеклась. «Жив-здоров» было в невозвратном прошлом.

«Значит, все верно… Все верно. По случайности я, кажется, на правильном пути, — подумал Пирогов. Только куда приведет этот путь?.. А ну как за Михаилом? На дорожный свороток. Или того нелепей… Выходит, я тем более должен знать все. Все, как это получилось с Ударцевым…»

Он повременил, пока Ирина Петровна справится с волнением, продолжал суховато, готовый к неожиданности:

— Пишите. На отдельном листе, пожалуйста… Начальнику областного управления эн-ка-вэ-дэ полковнику Рязанцеву… Пишите. Настаиваю на эксгумации тела Ударцева Михаила…

Он не смотрел на Ирину Петровну. Старался не смотреть прямо. Но боковым зрением заметил, как вскинулась она, будто от толчка в спину, как споткнулся карандаш, перестал бегать по строчкам, начал медленно сползать с листа. Пирогов предвидел это, понимал, что причинит ей боль, но он не считал возможным не посвятить ее в свои намерения, ибо в случае согласия управления, а он почему-то не сомневался в этом, намереваясь высказать свои соображения подробно, никому иному, как Ирине Петровне предстояло напечатать массу неприятных своей откровенностью документов.

Пусть уж знает заранее, рассудил Пирогов, начиная диктовать ей. Может, переболеет быстрей.

— Пишите…

— Товарищ лейтенант, это… Разве это что-то меняет?

— Думаю, да… Пишите.

Глава семнадцатая

«Начальнику РО НКВД товарищу Пирогову от…»

От кого?

«…от инспектора угро Игушевой».

С ума сойти! Ольга Игушева, Оленька, Лека, Одуванчик — инспектор уголовного розыска! Уж не мерещится ли она сама себе?

«Выполняя приказание по выяснению редких животных…»"

"Странное все-таки это задание для инспектора угро: собрать сведения о диких зверях.