Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Они ушли в ванную, и Старбеев улыбнулся:

— Нет, Валюша, игрушки вместе…

— Вижу.

Кто-то негромко позвонил.

— Здравствуйте, Юлия Борисовна! — шумно приветствовал Старбеев элегантную женщину в беличьей шубке и лохматой песцовой шапке. — Рады видеть вас.

— Был дневной спектакль. Иду домой, села в лифт и нажала вашу кнопку. Простите за вторжение.

Подошла Валентина, они расцеловались.

Войдя в столовую, Юлия Борисовна увидела гостей и звонко, легко сказала:"

"— Будем знакомиться, молодые люди. Меня зовут Юлия Борисовна. — Руки у нее были красивые, с бледным розовым маникюром. От нее пахло морозом, духами, а большие малахитовые глаза, неброско подведенные тенями, лучились теплотой.

— Нина Сергеевна, — с добрым чувством представилась Мартынова. Она видела гостью в двух спектаклях и хорошо запомнила.

— Юрий Васильевич, — Мягков пожал ее руку и отодвинул стул, чтобы она могла сесть.

— Я, конечно, не догадывалась, что здесь такое пиршество. Но одобряю. Есть прекрасный повод… — Она вынула из сумочки газету, распахнула ее и мягким, сочным голосом прочла: — «Осеннее интервью». От души поздравляю вас, Павел Петрович! Читала вчера и сегодня… Не знаю, дорогой мой, но отчего-то захотелось заплакать. Так иногда бывает на сцене, когда тебя в душе переполняет вера и власть над ролью. Это прекрасное чувство. К сожалению, оно не часто приходит ко мне.

— Так на ловца и зверь бежит. Нина Сергеевна — автор очерков. Это ее премьера. А Юрий Васильевич — герой интервью.

— Мне повезло! Приятная встреча. Давайте за них и выпьем.

Мартынова сидела взволнованная, растерянная и не видела себя покрасневшей, но это заметила Юлия Борисовна и весело, непринужденно сказала:

— Вы еще краснеть умеете, это превосходно, Нина Сергеевна.

Вдруг Мартынова встала и, не справившись со своим волнением, начала говорить:

— Я приехала в Трехозерск, ничего не зная о городе, кроме названия газеты, где буду работать. Я не солгу ни себе, ни вам, если скажу, что совсем не ожидала того, что дал мне этот город, что он сотворил со мной. Я навсегда запомню ваш отчий дом. Да, Павел Петрович, отчий дом. Он ведь у вас большой. И конторка, и цех. Я счастлива, что встретила вас. Вы добрый, мудрый человек и очень помогли моему скромному успеху. Спасибо! Рядом с вами сидит Юра. Уважаемая Юлия Борисовна! Вы сказали, что, прочитав очерки, вам отчего-то захотелось заплакать… Не знаю, может, ошибаюсь… Но могло же так случиться, что вы в каких-то строчках почувствовали мои слезы — не отчаянья, а обретенья радости любви. И все это сделал, вызвал Юра. Вы простите меня за такой сумбурный разговор…

Старбеев включил музыку, она звучала спокойно, как бы отдаленно.