Антология советского детектива-1

Для этого надо только одно: выполнить два-три задания. Обманывал, конечно, а что поделаешь — такая уж грязная у него работа. Подходящих людей находилось все меньше, а недавно шеф разведбюро полковник Робертс вызвал его…

Отправили его в Иран, там ему каким-то путем достали паспорт с финляндской визой, познакомили с Эммой Рейнгард, которая должна была ехать с ним под видом жены. Так и стал он иранским коммерсантом — господином Рахими. Ехал в Финляндию, а остаться должен был здесь — туда направился бы другой Рахими, тот, что жил и работал тут, некий Сошенко. Они похожи, ему пришлось изменить только прическу и надеть очки. Замена прошла бы незаметно, если бы не случай. Он признается — ничего у него не вышло. Он складывает оружие. Хватит с него. И если советской разведке нужна помощь, то он готов помочь. Он расскажет все, что знает.

Полковник Никодимов слушал молча, не перебивая, — плечи расслабленно опущены, лицо в тени. Он не то чтобы плохо слушал, таких историй было много, и все они казались схожими; он не то чтобы досадливо морщился: ничего, мол, нового, еще одна обычная история — он просто думал о чем-то своем и лишь изредка взглядывал на Краснова; все было ясно в его рассказе — смесь искренности и раскаяния с желанием поглубже упрятать концы.

Только однажды полковник перебил:

— Когда вас направили в Стамбул?

— Года два назад.

— К полковнику Картеру?

Краснов удивился и смешался, и не знал, что и подумать; чего-чего а того, что тут известно имя Картера, он не ожидал — Картера знали очень немногие; все-таки Краснов справился с волнением.

— Да. Но работал я с майором Клором.

— С маленьким Джонни Клором, по кличке Джо-Джо?

Краснов кивнул. Теперь он уже не удивлялся.

Вызвали его не сразу с утра, как он ожидал, а часам к одиннадцати. За окном дул ветер, светило солнце — погода разгулялась; стекла в окне дребезжали тихонько, оттуда наносило холодом, пахло близким снегом. “Скоро полетит. Скоро”, — думал Василий Степанович о снеге. “А он ловок. Ничего, ловок”, — подумал о Краснове и, вздохнув, поднял глаза. Где и когда он начал прятать главное? Ах, да, он говорит уже час, но ни слова о задании, ни слова о том, что работал в разведшколе, ждет встречного вопроса? Подготовил ответ?

— Какое у вас было задание?

— Собирать информацию.

Полковник кивнул; все шло, как он и думал: Краснов ждал вопроса и подготовил ответ.

— Указания я должен был получить по рации.

— У вас есть рация?

— Да. Она закопана в лесу под Москвой.

— Место знаете?

— Мы знаем оба — и я и Эмма.

— Что-нибудь успели сделать? — Василий Степанович с минуту глядел на Краснова; тот выдержал взгляд, пожал плечами.

“Начинается главное”, — подумал Василий Степанович и, встав, оживился, придвинув стул, сел ближе к Семену, переглянулся с ним.