Антология советского детектива-1

Часто вставал, выходил в туалет, через дверь поглядывал на телефон в коридоре. Нашел монету, хотел было подняться, пойти позвонить, но раздумал. Поглядел на часы — шел уже первый час. Пора было уходить, а он не решался. Официантка посматривала на него сонно. Семен позвонил Василию Степановичу и доложил обо всем. Тот сказал, что решено Рахими арестовать, и пусть они его берут. Когда Семен вернулся к дверям ресторана, Рахими встал, оделся и вышел из ресторана. Игорь подошел к нему:

— Вы арестованы.

Рахими буркнул что-то невнятно, не по-русски, сунул руку в карман. Рывок, взмах — все было делом од ной секунды. Семен схватил его чуть повыше кисти, вывернул руку за спину, вырвал пистолет. Потом сказал грубовато:

— Пойдемте, гражданин.

Они втроем спустились к машине. Швейцар у входа глядел, моргая: он так ничего и не понял. Там за стеклянной дверью — он хорошо видел — начиналась драка. Пока раздумывал, идти ли кричать милиционера, драка сама собой прекратилась, драчунов увезла машина. Швейцар вышел и долго смотрел на удаляющийся красный огонек.

XVII

В машине Рахими скосил глаза на Семена. Рука в кармане — наготове, на вид не особенно крепок, но силен. Это Рахими ощутил, когда тот схватил его за руку. Второй — жидковат. Может, удастся уйти от них? На ходу нечего и пробовать — с двумя не справится: прикончат. А умирать ему не хотелось, как бы там ни твердили те, кто послал его: “Живым не сдаваться”. Попробовали бы сами… Пока жив, можно что-то сделать. Вот будут его выводить из машины… Можно попытаться… Хотя…

Асфальт был мокрый. Машину на поворотах заносило. Улица, проезд, переулок — незнакомые места. Фонари горели редко. Рахими шевельнулся и почувствовал, что тот, высокий, караулит каждое его движение. Вжавшись в спинку, следит, не спуская глаз. Рахими расслабился, сберегая силы, качнулся вперед — у невысокого, с глухим забором дома машина притормозила и остановилась у массивных запертых ворот. Два снопа света уперлись в них, высветив аккуратные строчечки клепки и подслеповатый глазок. Рахими ждал, не шевелясь, сейчас откроют дверцу, поведут его, но двое по бокам сидели неподвижно и не думали выходить.

Шофер сходил куда-то, вернулся, сел, поставив ногу на газ. Ворота распахнулись, машина въехала во двор, по бокам выросла охрана. У Рахили похолодело под сердцем: опоздал, опоздал, надо было попробовать, пока стояли за воротами, но думать об этом теперь было некогда. Дверца открылась, ему помогли выбраться, повели.