Антология советского детектива-1

Да вон и Степаныч пишет: помоги…

Семен взглянул на Софью Марковну — круглое лицо ее стало будто строже и старее, морщины на лбу и щеках обозначились резче, это была словно другая Софья Марковна, внимательная, собранная, строгая.

— Надо бы узнать об одном человеке.

— Я тут многих знаю.

— Через два дома от вас живут Пастушенко.

Софья Марковна моргнула, поглядела с удивлением. И по тому, как она поглядела, и по тому, как задумалась на мгновение, словно что-то про себя решая и отчего-то недоумевая, Семен понял, что Софья Марковна была обескуражена.

— Григория Борисовича Пастушенко я знаю, — проговорила она медленно. — И с женой его, Анной Петровной, близко знакома. А их дочка, Ольга, ходит ко мне — берет уроки. Сын Петр вернулся недавно. А откуда — вот этого не знаю.

Софья Марковна остановилась, словно вновь перебирая в памяти и тех, кого назвала, и то, что знала о них. Недоумение ее росло: что могли сделать эти люди, она старалась хоть что-нибудь припомнить и ничего не находила.

— Хорошая, работящая семья. Григорий Борисович сызмальства на заводе. Ольга — на текстильной фабрике. Нынче поступила в техникум. Анна Петровна — весь день, как заводная, по дому… Петр — в автобазе…

— Вот о нем и надо узнать, — сказал Семен.

— Что узнать?

— Где он был, откуда приехал…

— Попробую, Семен Лукич, — проговорила она неуверенно. — Анна Петровна звала меня нынче. Пойду схожу.

Софья Марковна тяжело поднялась, пошла в дом, на ходу снимая передник. Вышла, принаряженная, не спеша спустилась по ступенькам, подошла к калитке, шаги медленные, грузные, закрывая калитку, оглянулась на Семена, взгляд смущенный, словно хотела сказать: вот ведь как случается…

Солнце опустилось совсем низко, тень от дома шагнула через забор, окна в даче через дорогу красновато светились. Семен испытывал непонятное чувство — чем больше думал он о Пастушенко, тем меньше понимал его. Петр опять встретился ему сегодня. Семен ждал, что он подойдет и заговорит, и уже улыбнулся ему, и шагнул навстречу, но Пастушенко заторопился, заспешил и ушел, настороженно сгорбив плечи. Даже не оглянулся. Он что-то скрывал, глядел кругом встревоженно, чего-то ожидая."

"Семен не мог не верить Софье Марковне, она тут не первый год. Было понятно ее недоумение. И то, что смутилась и показалась виноватой, тоже было понятно: жить рядом и ничего не заметить… Значит, Петр так хитер, что ни разу ничем не выдал себя. И как-то не вязалась эта его хитрость с тем, что он делал сейчас. Он избегал вдруг испугавшего его человека. Это шито белыми нитками. Не так ведет себя бывалый, поднаторевший в темных делах человек… Кто он? Что он? Чего он скрывает?

Семена смущала Оля. Сегодня утром, проходя мимо их дома, Семен увидел ее. Она торопливо кивнула ему:

— Я спешу.