Антология советского детектива-1

Однажды, когда часовой отодвинул стул, чтобы пропустить в комнату Барбару, Кристину словно ударило током. Что–то заставило ее напружиниться, как перед прыжком. Что ее толкнуло? Кокетливая улыбка Барбары, адресованная часовому? Поднос в ее руках с горячей едой? Небрежность, с которой часовой оттолкнул ногой стул? Автомат, который он торопливо надел на плечо и передвинул за спину? Его руки, протянутые к подносу, чтобы помочь Барбаре? Или же ключ, который торчал в дверной скважине со стороны коридора?

Однако мгновения хватило, чтобы вскочить из–за стола и толкнуть Барбару в сторону часового. Щелкнул замок. Кристина выдернула ключ и ринулась по лестнице вниз. Радист пулями выбивал замок.

Вот она уже бежит к калитке. Наконец она на улице!

Куда бежать?"

"Во всем Берлине было лишь одно место, где она могла рассчитывать на помощь. Если ничего непоправимого не случилось за время ее заключения. Это там, где с голубого плаката смеялась веселая картофелина… За ее спиной проскрежетал замок. На мостовую со звоном упал большущий ключ, переброшенный через стену. Кристина мгновенно схватила его. Для побега прибавлялось еще несколько драгоценных минут! Побег… Но разве могла она бежать? Разве могла привлекать к себе внимание? Только идти ускоренным «деловым» шагом…

«Кто закрыл калитку и перебросил ключ? Кто помог мне так своевременно?»

Заворачивая за угол, услышала, как в саду прогремела автоматная очередь. Крик Патриции:

— За что?!

«Убили Патрицию!» — ударила догадка.

Кристина ускорила шаг.

В овощной магазин она вошла под вой полицейских сирен. Солдаты на мотоциклах с колясками и полицейские машины перегораживали улицы, оцепляя прилегающий район. По мостовой гремели подкованные сапоги патрулей.

Вот наконец и она — смеющаяся картофелина.

— Вы? — поразился Андреас Зейфрид.

— Я! — ответила тихо. — Это ищут меня…

— Понятно. Прошу фрау пройти за мной.

В темном холодном подвале он поднял крышку большой плетеной корзины, одной из великого множества других.

— Придется вам до ночи прятаться здесь, — он подал ей рабочий халат. — Наденьте, будет теплее.

— А что ночью? — возбужденно спросила она.

— Ночью нам завезут свежие овощи. Один из водителей — свой человек. Думаю, сельский воздух вам не повредит? У нас есть документы на имя остработницы Серафимы Брянцевой. Вы знаете русский?

— Да, знаю…

— Прекрасно! Запомните, уже с этого момента вы — сельскохозяйственная остработница Серафима Брянцева.

— Серафима Брянцева… Была такая?

— Да, была.

— Что с ней?

— На все вопросы отвечу со временем. Мне пора подниматься наверх. С минуты на минуту начнется обыск… Вы хотите что–то спросить?

— Да… Что с моим ребенком?

— Он и Майер в безопасности.

Киев

1976–1983

Примечания

1

Владикавказ — город Орджоникидзе.