Антология советского детектива-1

— В том случае, если фотоустройство исправно, — добавил Михаил, закурив и возвращая зажигалку.

Филипп Буэ не стал возражать. Он извлек из ящика бюро несколько достаточно четких снимков размером примерно три на четыре сантиметра и пленку негативов.

— Можете убедиться. Сильнейший объектив утоплен в канале ствола. При особо чувствительной пленке позволяет даже в помещении обходиться без магния. Три воротка в тыльной части — наводка на резкость, выдержка, установка кадров. Швейцарское изделие, мсье, что вы хотите. Я выудил его три недели назад у итальянца. У него была такая свирепая физиономия, что не удивлюсь, если он окажется самим Аль-Капоне.

— Надеюсь, это обстоятельство не слишком повлияет на цену? — улыбнулся Михаил.

— Значит, вещица вам приглянулась? — Филипп Буэ в раздумье потеребил кончик уса. — Но согласитесь, мсье, продавать такой уникум иностранцу не совсем патриотично.

— Пятьсот франков.

— Полноте, мсье. Мне было бы стыдно назвать себя французом, пойди я на это. Тысяча.

Сошлись на семистах пятидесяти.

С зажигалкой-фотоаппаратом в кармане Михаил заехал в универмаг «Самаритэн», купил десяток катушек особо чувствительной пленки и другие фотопринадлежности, вплоть до красной лампы.

Около десяти утра Михаил вновь переступил порог знакомой мансарды. От него не ускользнул вздох облегчения, каким его встретил Северцев. Должно быть, парень не очень-то надеялся увидеть его снова.

Едва поздоровавшись, Михаил сложил на стол упакованные в бумагу лампу, реактивы, ванночки и достал из кармана приобретенный вчера браунинг.

— Не пугайтесь, Антон, это всего лишь оформленный под пистолет-зажигалку фотоаппарат. Вы спросите, зачем нужен камуфляж? Этим аппаратом вы сфотографируете ваших семерых приятелей. И они не должны ничего заметить. Сумеете?

Антон покрутил в руках браунинг, восхищенно покачал головой.

— Сильна вещь. Почему же не суметь? Только как снимать — обязательно по отдельности?

— А у вас есть случай запечатлеть всех вместе?

— На рождество намечена вечеринка у Щербакова.

— Он — один из них?

— Да.

— Действуйте. Помните: главное — хладнокровие. И осторожность. Снимайте в фас. Лучше, если на эту вещичку вообще никто не обратит внимания. А будут просить подержать в руках, как-нибудь обоснованно откажите.

— А у меня никто не будет просить.

— Почему?

— Я слыву у них чудаком и нелюдимом. Если откажу наотрез — никто не удивится.

— Неплохая репутация, — засмеялся Михаил. — Кстати, умеете проявлять пленку?

— Делал не раз.

— Все необходимое — в этом пакете. Я бы мог сам, но боюсь, что не сумею кое-кому объяснить неожиданное увлечение фотографией. Вам никто не помешает? Дядя, например?

— Не беспокойтесь, Жорж. Дядя знает, что у меня завелись деньги.