Антология советского детектива-1

Удивительно другое: почему ни он, ни Воронин, ни руководители иностранного отдела не предусмотрели такой возможности? Ведь еще год назад, сразу после прихода Гитлера к власти, поступили сообщения о начавшемся расслоении в среде белоэмигрантов. Четко определились две группы. Одни смирились с существованием Советов, более того — успехи новой России льстили их национальному самосознанию и в поддержке потерянной, но по-прежнему милой Родины против «немчуры» они видели свой патриотический долг. Другие, оставшиеся верными «белой идее», открыто встали на сторону фашизма именно потому, что его острие было направлено против Советов и, стало быть, надежда на восстановление «национальной России» получила реальное основание. Эти отщепенцы горели злобной ненавистью ко всему советскому, и германской разведке, очевидно, не требовалось больших усилий, чтобы заставить их служить себе.

Так почему же мы не предусмотрели? А возможно и предусмотрели и предпринимали необходимые усилия, но безуспешно? Вернее всего, так оно и есть. Германская разведка — сильный противник, его на кривой не объедешь.

Но сейчас все эти соображения бесполезны. Брандт вербует в Париже эмигрантскую молодежь для агентурной работы в Советском Союзе. Задача: обезвредить потенциальных шпионов. В первую очередь для этого нужно либо проникнуть любым способом в вербовочную кухню Брандта, получить списки, а еще лучше — и фотографии будущих шпионов, либо склонить на свою сторону одного или нескольких завербованных, то есть приобрести своих людей среди вражеской агентуры.

Тот факт, что борьбу с Брандтом предстояло вести на нейтральной почве, в большей степени облегчало для Михаила его задачу. Здесь немецкий разведчик не имел защиты специалистов сыска из гестапо. Ему приходилось полагаться только на собственную изворотливость.

Конечно, у него есть помощники, но вряд ли их много. К тому же Михаил находился в более выгодном положении, потому что знал о деятельности Брандта, а тот о нем не знал.

Однако нейтральная почва Франции имела и свои неудобства. Работай Донцов в Германии, перед ним всегда стоял бы один противник — фашизм. Пусть сильный, пусть жестокий, во один. Здесь приходилось держать три фронта. Направляя удар против Брандта, все время надлежало иметь в виду белую эмиграцию и французскую контрразведку. Неосторожный шаг, небрежность, ошибка, не имеющие никакого отношения к борьбе против Брандта, могли окончиться провалом, срывом задания.

Наконец он — беспаспортный иностранец — мог попасть в руки французской полиции и мог быть выдворен из Франции. Полицейским и в голову бы не пришло, что в их руках побывал советский разведчик и что своими действиями они помогли немцам. Таковы причуды тайной войны.