Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

"

"- Наверное, в холодную погоду не сподручно такое дело … - проговорил застывшими губами Петя и еще больше сгорбился. Сестра Зоя частенько обзывала его мерзляком. Он бы давно и с удовольствием убежал в общежитие, улегся в теплую постель. Черт с ним, с отчимом, можно расправиться с ним и по позднее. Но неудобно перед Пашкой. Засмеет. Со стыда сгоришь. Пашка испытывал всякое, на жизнь смотрит с насмешкой, будто она случайно досталась ему в наследство и ее можно транжирить как попало.

И сейчас Пашка хмыкнул, сплюнул, сумев удержать в зубах папиросу и уставился на Петю.

- Ты, старик, во-первых, не болтай о нашем деле,- и стены имеют уши. Доходит?

Петя задумался. Когда они договаривались, в головах шумело от водки и пива, тогда все казалось легким и преодолимым. Зато в этот ночной час Петя вдруг хорошо понял, на что он идет. Ему стало жутко. И надо было как-то заглушить страх.

- И для чего живут паршивые люди? - с тоской спросил Петя, вытаскивая из рукавов руки и закуривая новую папироску. Не дождавшись ответа от Пашки, продолжал:- Твои отец кто? Какая у него забота? Пожрать обмануть.

Самый настоящий паразит, вроде клопа. Но клопов мы давим, а такие люди, глядишь, спокойно ходят и посвистывают … Их надо без всякого закона давить,- отозвался Пашка.

У нас в училище есть один мальчишка,- продолжал Петя,-такая ядовитая змея - страсть! У него в голове только паскудные мысли: как бы обмануть, слямзить у своих, наябедничать. И все время улыбается. Как-то вечером поймали мы его в углу двора, накрыли шинелью и устроили темную - так отколошматили, что он несколько дней на занятия не ходил. Думаешь, помогло? Ни черта! Через месяц опять взялся за свое. - Тоже давить,- повторил Пашка.

Из дома, за которым следили Петя и Пашка, вышли двое мужчин и две женщины. Юноши прижались к киоску. Петя так дрожал, что было слышно, как он постукивает зубами. Пашка же пригнулся, словно для прыжка. И в его согнутой фигуре, в частом дыхании чувствовалось неимоверное напряжение. Компания, похохатывая, прошла мимо. Мужчины оказались незнакомыми - один долговязый в коротком плаще, другой маленький и щупленький , в шляпе и куртке с застежками-молниями. В доме по-прежнему светились окна. Чаще появлялись тени. Было ясно: расходятся. Петя думал: «Зуб на зуб не попадает … А дальше что? Как это я ударю? Ну, может, ударю, а дальше что? А если поймают, тогда что?..» Это злополучное «что» мучило, истязало. А Пашка, ощупывая в кармане финку, храбрился вслух:

- Ни черта! Гадов - к ногтю. Пронесет пегая лошадка счастья. Не всех ловят. Ну, а сцапают, много не прилепят - за справедливость страдаем …

- А если он не один выйдет?-спросил неожиданно Петя. Как же они не учли такого варианта? -Задачка!- простужено прохрипел Пашка.

Снова закурили.