Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

мало? Кто в этом виноват? Девчатам и потанцевать негде …

Члены комитета меня поддержали, и Зоя получила только предупреждение. А я удивилась: значит, и я воевать умею?

Зоя меня провожала и благодарила.

ОТ АВТОРА

Они встретились поздно, часам к двенадцати, у газетного киоска. Неровные тротуары, выложенные кирпичом, одноэтажные дома, дворы с воротами и калитками, тусклый свет редких лампочек.

Холодный! асфальт лежал на улицах грязным ноздреватым льдом. Пашка уже курил за киоском, когда, запыхавшись, подошел Петя.

- Долго ждал?- спросил он. - Нет.

- Не ушел еще?

- Смотрю…

Во втором от угла доме окна были освещены ярко, на ситцевых занавесках иногда появлялись силуэты мужчин и женщин. Доносилась негромкая музыка.

Юноши некоторое время наблюдали и прислушивались.

- Еще гуляют,- сказал Петя.

- Нажираются,- подтвердил Пашка.

Петя вынул из кармана пачку папирос «Огонек» и тоже закурил.

Стояли молча, покуривали, поглядывали на интересующий их дом. Разговаривать не о чем - все решено.

Они не особенно раздумывали и сомневались. По-юношески горячие, они решили просто: уничтожить Окорокова, этого паразита, причинившего столько горя людям и сейчас причиняющего, и неизвестно, кого он еще обидит и обесчестит в будущем. «Он угробил мою мать.- сказал Пашка,-не перышком, конечно, да какая разница! Теперь доканывает твою. Потом возьмется за третью. А за это не судят…».

Ночь была прохладная. Тянул колючий ветерок, пощипывал уши. Пашка посмотрел на пригорюнившегося Петю, надвинувшего форменную фуражку по самые уши, ухмыльнулся и сказал, форсисто выставляя вперед ногу:

- Не дрейфь! В крайнем случае всю катушку возьму на себя. Мне терять нечего - все равно жизнь полетела кувырком. А судьи наедут статью помягче - ведь пользу людям принес. Допираешь?

- Нет уж, отвечать, так вместе,- не согласился Петя. Ну и дурак!

- А ты не дурак? Да? Не дурак?- вдруг вскинулся Петя и замахал руками.- Разве друзья так делают? Я и сам не маленький, знаю, на что иду. И нечего выставлять себя героем.

- Ладно тебе,- прервал снисходительно Пашка,- на том свете все равно сочтемся, а в крайнем случае - в трудколонии. Вдвоем туда чапать веселее. Да вот беда: тебе учиться надо.

- А тебе?

- Мне?- Пашка хохотнул.- Опоздал. Для учебы нужно терпение, а у меня его нет. По растерял.

Ветерок шнырял по закоулкам, качал ветки, забирался под костюм, выхватывал тепло горстями. Все меньше проходило по улицам людей, и, казалось, дома тоже застыли от холода. Петя засунул рукав в рукав, а Пашка гонористо втиснул руки в карманы - знай, мол, наших, ни жара, ни холод не берет.

Выбросив окурки, вновь зажигали папиросы - маленькие огоньки, мерцающие у рта, напоминали о тепле, и с ними было легче ждать.