Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

Он хотел, чтобы сотрудники милиции по направлению следов решили, что убийца проник в комнату Марчевской с улицы, и на этом основании вывели заключение, что он посторонний человек и его надо искать вне круга ее знакомых. А о том, что, кроме этих следов, оставлены десятки других, об этом Грачев не подумал."

"Как бы в подтверждение этих слов подошедшая Коваленко сообщила, что в адресном столе Грачев Вадим Александрович двадцати восьми — тридцати лет, по профессии шофер, не значится, но что по отпечаткам пальцев на стекле окна и на разных вещах в комнате Марчевской личность убийцы установлена. Это преступник-рецидивист, неоднократно судившийся за грабежи.

— Грачев — его настоящая фамилия? — поинтересовался прокурор.

— Нет, — ответила Коваленко. — Грачев Вадим Александрович, он же Огурчиков Сергей Иванович, ранее был зарегистрирован как Бороздин Николай Степанович.

— Недурственно, — усмехнулся прокурор. — Я бы его самого поместил в музей и держал в террариуме.

— Огурчиков-Бороздин? Позвольте, этого субъекта я знаю. Он уже был в числе нашей клиентуры, правда не у меня, — вспомнил Гончаров. — Он даже как-то пытался развивать на допросе весьма любопытный взгляд на жизнь. Вы слышали что-нибудь о пресловутом «рывке?»

— Нет! — сказал я.

— Типичная философия подлеца и преступника: «Зачем, мол, «вкалывать» за сто рублей в месяц, когда один только рывок — и я король?» Риск? Надо уметь избежать его, а того, кто мешает, убрать с дороги. Человеческая жизнь? Плевать на нее. Людей на земле много, незачем считаться с такой мелочью. Одним больше, одним меньше. Таков взгляд на жизнь этого негодяя. Сдерживающих центров — никаких! При фашистах он был бы предателем и палачом... — Гончаров помолчал и решительно добавил: — Может, я скажу излишне резко, но в наших условиях Грачев — логическое завершение злостного тунеядства. Однако теперь убийце недолго осталось гулять на свободе.

— Но ведь пока неизвестно, где он? Куда скрылся? Где его искать?

— Неверно! — возразил Гончаров. — Не забывайте, что до последнего дня Грачев открыто встречался с Марчевской, открыто навещал ее. Это многого стоит. Убитая здесь жила не один год, у нее, конечно, есть подруги, знакомые. В общем, надо работать!

Наступили сумерки. Только что уехал прокурор. Закончив осмотр, уехала и оперативная группа.

Я почувствовал себя слегка утомленным. Сказывалась непривычная обстановка, волнение. Я присел возле окна и задумался о том, как нужно ненавидеть жизнь, людей, чтобы совершать подобные преступления.

— Мечтаете? — раздался знакомый, чуть насмешливый голос майора. — Почему у вас такой унылый вид?

— А чему радоваться, Федор Георгиевич?.. Скажем прямо, оснований для веселья маловато, ключик-то опять потеряли.