Операция «Антитеррор»

– А что мы будем делать? Когда нас отправят?

– Мария говорила, что тебя отправят своим ходом. Ты не в розыске. Со мной могут возникнуть проблемы.

– Зараза-девка... – сказал Леня. – Не бью женщин, но ей бы не отказал...

– Завтра сюда еще группа чеченов прибывает. Узнать бы, что они затевают. А затевают что-то серьезное.

– Для этого мне нельзя уезжать раньше времени. Так?

Мы с Леней допили эту бутылку водки, потом еще две вылили в щель, для тренировки проверили свою способность к абсолютно пьяной речи, и, услышав за окном голоса, причем один из них женский, я лег поспать на свободную кровать. Не железный же я человек. После клофелиновой ночи я целый день даже за рулем испытывал потребность закрыть глаза, а потом еще ночь почти не спал. И сейчас расслабился с удовольствием, вытянул, насколько смог, ноги, едва не сломав спинку кровати. И только сквозь сон услышал, как пришли Гаврош с Исмаилом, и Леня, еле ворочая языком, демонстрировал им вокальные способности вороны. Хорошо еще, что ему самому не пришлось каркать. Я старательно «не просыпался» и открыл глаза, только когда они ушли.

Внешне Леня был опять трезвее холодильника.

– Сильно чем-то озабочена...

Если Толстов не считал себя железным человеком, то Мария себя таковым считала. У нее не было отдельной комнаты в лагере. Она предпочитала ночевать у себя дома. И время суток ее мало смущало. Перед уходом навестила Мусу.

– Во сколько приезжает пополнение?

– Тебе когда сообщили?

– Только сегодня. Я ждал хотя бы человек десять. Мне нужны заложники, мне нужен вертолет, мне нужны люди для захвата и доставки специалистов по шлюзу. В конце концов – для самого захвата шлюза тоже нужны. И какими силами я буду все это выполнять?

– Значит, будем корректировать план. Что-то придется сократить. От чего-то отказаться.

– Ты будешь помогать? – спросил старик сурово, но посмотрел на нее с надеждой.

– А для чего же я привезла тебя сюда? Только у меня остались боеспособными всего два человека. На строителей я не надеюсь. Они могут упереться. Но, если я их заставлю, толку от них будет мало. Есть еще два бывших офицера спецназа ГРУ. Оба по принудительной вербовке. Один непробудно пьет. К тому же однорукий. Но говорят, что он прекрасный специалист. Я хотела пристроить его инструктором в школу Хаттаба. Придется привлечь и их, только наблюдать надо будет в четыре глаза.

– Я таким не верю, пока они на крови не повязаны, – поморщился Муса.

– Я тоже не верю. Но у нас нет выхода. В деле мы их и повяжем. Когда начинается акция?

– Начинать следует завтра в четырнадцать часов московского времени. В это же время начнется и в других городах. Надо, чтобы наше заявление прозвучало одновременно. Только тогда требование будет иметь нужный эффект.