Аномальный наследник. Том 4

— Всенепременно, Михаил Артёмович, — «добродушно» проговорила великая княгиня.

— Буду ждать нашей следующей встречи, — более искренним тоном произнёс Демидов.

Волынские одарили меня взглядом, от которого не стоило ждать ничего хорошего, и молча удалились. Генерал-губернатор Московский хотел ещё что-то сказать, но не успел.

— Святослав Владимирович, Олеся Александровна, нам тоже уже пора, — решительно произнесла великая княгиня. — У нашего чемпиона был тяжёлый день, нужно дать Аскольду восстановить силы перед боями понедельника. Ради этого я попросила его провести выходные в «Алой Мудрости». Там для его восстановления есть все условия и никто из посторонних не будет мешать этому процессу.

Во взгляде Демидова на миг ярко вспыхнуло удивление. Однако опытный политик, мгновенно понявший намёк, ответил:

— Я всё понимаю, Надежда Григорьевна. Аскольд Игоревич, надеюсь, никто не потревожит ваш отдых.

Глава 22

Канцлер Российской Империи — Александр Борисович Годунов, в личном кабинете в резиденции боярского Рода Хранителей, располагающейся на территории Кремля, принимал своего давнего соратника — боярина Михаила Артёмовича Волынского.

— Миша, остынь, — Канцлер размеренно покачивал коньячный бокал, обхватив его ладонью, которая больше напоминала медвежью лапу.

— Но как, Александр Борисович? — выпалил Волынский. — Этот мерзавец покалечил моего сына! Я рад, что вы пригласили меня к себе, но я думал, что вы…

— Что я буду на твоей стороне? — приподнял кустистую бровь Годунов. — Как отец, и как дед я понимаю твою горесть, Миша. Но это бойцовский турнир. От травм никто не застрахован.

— Но у Кирилла нога выглядит так, будто её пропустили через мясорубку! — Министр вооружённых сил со стуком поставил на стол свой бокал."

"— Ты побуянь мне ещё тут, — холодно произнёс Канцлер, но затем сменил гнев на милость: — Я получил отчёт, о травме Кирилла знаю. Более того, одну из наших целительниц я уже отправил к нему.

— Эм… благодарю, Александр Борисович, — опешил от приятной новости Министр. Целительницы — очень редкие и чересчур своевольные дамы. И так получилось, что у рода Волынских в данный момент не было ни одной целительницы.

В то время как у Годуновых их было аж четыре.

— Не стоит, — отрезал Годунов, сделав глоток коньяка. — Так вот, отчасти я тебя понимаю. Но как Канцлер поддержать твой гнев не имею права. К тому же, ещё до начала сегодняшних поединков у меня состоялся весьма занимательный разговор с её светлостью великой княгиней Тверской.

Волынский попытался удержать невозмутимую маску на лице, но опытный глаз Годунова заметил, как на миг дёрнулись ресницы его товарища.