Три Анны

– Матвей Данилович, рада вас видеть, у вас снова проблемы с домашним заданием?

От вопроса молодой учительницы пожилой Данилыч покраснел, как первоклашка: математика давалась ему с трудом, и Ане не раз приходилось оставаться с ним после уроков и по нескольку раз объяснять умножение дробей и вычисление площади треугольника.

– Да нет. Спасибо. Я к вам по делу, – замялся ученик, перекручивая натруженными руками содранный с головы треух.

Войдя в комнату, Данилыч неловко примостился на кончик стула, двумя пальцами сделал Воле козу и, кивая на чемодан, утвердительно спросил:

– Уезжаете?

– Да. Мужа отправили в Сибирь на стройку, а я хочу поехать за ним.

– В Сибирь? Это хорошо, – посветлел лицом гость и от радости даже прихлопнул ладонью по коленке. – Лучшей новости я от вас и услышать не мог.

Его слова показались Ане странными и досадными. Она не понимала, чему так радуется Данилыч? Разве она была плохой учительницей, чтоб вот так, не скрывая удовольствия, одобрять её отъезд.

– Да вы не обижайтесь, Анна Ивановна, – уловил он её настроение. – Вы потом поймёте. У меня для вас важные вести. Младшая дочка секретаршей работает. Не буду говорить где, сами догадаетесь. – Он хитро закатил глаза к потолку, но сразу же посерьёзнел. – И намедни она у меня спросила, не у твоей ли любимой учительницы, – тут уж покраснела Аня, – фамилия Саянова? И проживает она на 10 Красноармейской улице? Да, отвечаю. Именно так.

«Тогда держи», – сказала дочка и протянула мне вот этот конвертик. Данилыч многозначительно похлопал себя по карману: – Отдай, говорит, этот конверт своей учительнице и возьми с неё слово, чтоб молчала о моей услуге, а лучше вообще уехала из города на пару лет. Иначе нам всем не сносить головы.

От его слов, сказанных очень тихим голосом, Ане стало нехорошо. Она поняла, что случилось что-то серьёзное, если не страшное, и силилась угадать что. Но в голову ничего не приходило.

– Вот вам конвертик, Анна Ивановна, а я пойду. Не поминайте старика лихом.

Он ещё раз сделал Воле козу, сунул Ане в руку измятое письмо и боком вышел из комнаты, запнувшись о домотканый половик перед дверью.

Костя! Наверняка что-то с Костей!

Торопливо запершись в комнате на ключ, Аня прочитала адрес на конверте и почувствовала, как её лоб покрылся испариной: Литейный пр., д. 4, Управление НКВД.

Конверт был распечатан.

Дрожащими пальцами она достала листок из тетради в клеточку, и буквы поплыли перед её глазами, вытягиваясь то ввысь, то вширь:

«В Ленинградское управление наркомата внутренних дел.

От Аглаи Борисовны Сурепкиной, проживающей по адресу: 10 Красноармейская ул, д. 9, кв. 3.

Довожу до вашего сведения…»

– Не может быть! За что? Как она могла?

Вопросы возникали и исчезали без ответа.