Annotation

Не сожалел — он редко сожалел. Просто смотрел на дорогу, на пробегающие за стеклом огни. И не думал. Думать было выше его сил. Если бы задумался, вылетел бы на встречку и закончил бы все одним махом. Заодно утащив за собой в ад кого-то еще.

Когда доехал, оказалось, что, и правда, лучше бы по встречке. Ее не было. Вещей в квартире тоже не было. Обрывал телефон. Бесполезно.

Под утро не вопил по единственной причине — не спал.

Душ. Кофе. «Носорог».

Офис.

Арест.

Адвокат.

Допросы.

Забытье.

И снова ночные вопли.

Действительно, отчего бы не ржать. Чувствуя, что медленно сходишь с ума, вернувшись на десять лет назад."

"Анна пришла утром на третий день. Пришла бы раньше, если бы предыдущий не был потрачен на уговоры Власова помочь ей встретиться с Виктором наедине. Тот долго сердился, возмущался, увещевал, но, в конце концов, в руках Анны оказалось разрешение на свидание с Заксом.

Она сидела на стуле, крепко сцепив пальцы, сжав губы, и смотрела прямо перед собой. Она знала, что хочет ему сказать, и собирала все свои силы, чтобы проговорить это вслух.

Анна Протасова пришла сделать последний выстрел в своего врага.

— Все-таки будешь ждать? — раздался его насмешливый голос в тесной комнатке, едва хлопнула дверь.

Она перевела взгляд на Виктора. Он был темным, почти черным на бледном лице. Такими же бледными были и губы, которые она долго не раскрывала.

— Нет, — наконец, ответила Анна. И голос ее тоже был бледным.

Закс скрестил руки на груди и остался у порога. К столу, за которым она сидела, не приблизился ни на шаг.

— И пришла, чтобы это сказать? Благородно.

— Нет. Я пришла сказать, что это я разрушаю твою жизнь.

Его бровь чуть заметно дернулась, но с места он не сдвинулся.

— Когда-то я хотела убить тебя. Но один умный человек подсказал мне, что этого мало.

— Кто?

— Неважно. Важно, что он оказался прав. Я могла стрелять раз за разом и видеть, что попадаю в цель, — губы растянулись в злой усмешке. — Это я передала Андрею копии документов, которые ты принес домой. Это я сказала Лизе, что ты живешь с уличной бл*дью. Это я дала показания, что ты не ночевал дома, когда погиб Горин.

Интересно было наблюдать за сменой его эмоций. До той самой секунды, пока никаких эмоций не осталось вовсе. Медленно, как сомнамбула, он подошел к ней и уткнулся в ее лицо невидящим взглядом. Всякие маски слетели. Он стал собой теперь уже навсегда.

— За что ты так меня ненавидишь? — сорвалось с его губ, и едва ли можно было узнать его голос.

Она не отводила глаз. Почти не мигая, долго молча смотрела на него. Потом сглотнула и заговорила.

— Помнишь, я говорила тебе, что участвовала в охоте? Так вот… охотникам показалось мало просто добыть дичь. Тот, кто привел их, велел приготовить жареного мяса. Но это было в самом конце. Сначала охотники развлеклись.