Белые искры снега. Анна Джейн

Зарецкий наклонился к ней и что-то очень тихо принялся объяснять.

По мере того, как его губы почти беззвучно шевелились, глаза девушки становились все больше и больше, а выражение в них все удивлённее и удивленнее. Я расслышала только слово «синдром», и это мне не очень понравилось, но говорить я ничего не стала. После того, как Ярослав поднял голову, администратор перевела взгляд на меня, и я явственно разглядела в нем сочувствие. На Яра же она смотрела с уважением – с таким, с каким обычно смотрят на героев войны.

- Прошу прощения, что из-за нас вышел этот инцидент, - извинился он и туманно пояснил голосом профессионального мошенника. - Эта девушка – моя подруга детства. И с детства она больна, - его голос доверительно понизился, а на лице мелькнуло вполне себе искренне сожаление. - Я случайно встретил ее в кафе, когда понял, что у нее приступ. И хорошо, что встретил, как видите.

- Все в порядке, вы что, - замахала администратор руками. – И не переживайте! Эта женщина, которая затеяла скандал, больше вас не побеспокоит.

- Отлично, - кивнул молодой человек. – Настя, ты как? В порядке? – обратился он ко мне. Забота в его голосе настораживала.

- В порядке, - все еще несколько глухим голосом отозвалась я, понимая, что опять пропала, а девчонки ждут меня уже минут как пятнадцать или двадцать, хотя мне казалось, что наши приключения в туалете длятся уже час или два.

- Может быть, вам еще льда все-таки принести или нашатырного спирта? - обеспокоилась работница кафе.

- Нет-нет, все нормально, - поспешно отказалась я, чувствуя себя очень даже хорошо и выбрасывая остатки стремительно таящего льда в раковину.

- Тогда, позволь, я провожу тебя к твоему столу, Настя, - показывал чудеса галантности Ярослав. Я устало кивнула в ответ.

Извинившись еще раз, мы вышли, наконец, из туалета, который успел мне порядком надоесть. Я ожидала, что на нас с Зарецким уставятся все, кто был в зале, но на нас, казалось, никто не обращает внимания, за исключением идущих с нами администратора и двух ее коллег, а также той самой молодой мамочки с ребенком, которые ожидали свой обещанный фруктовый десерт в компании с каким-то унылым мужчиной – видимо, ее мужем. Еще на нас обратил внимание дружок Зарецкого, тот самый незадачливый пикапер, который крайне удивился, увидев нас вместе, но Енот Адольфович крикнул ему, что сейчас придет, и тот угомонился, но все-таки успел мне подмигнуть.

- Где ты там сидишь, веди меня, - приказал мне Ярослав, одновременно очень мило улыбаясь администратору и придерживая меня за локоть.

- Я сама дойду.

- Играй до конца, - было мне ответом. Я поморщилась, но не стала спорить.

- Кстати, об игре. Тебе бы актером быть. Или мошенником. Отлично людей обманываешь, - отозвалась я сварливо."

"- Тебе, - с легкостью отдал мне эту сомнительную честь Яр.