Английская роза

Не вполне поняв, что она имеет в виду, Полина вопросительно на нее посмотрела, и тогда та добавила:

— Наниматели горничных не считают их равными себе — и в то же время они стоят выше остальной прислуги. Поэтому они стоят особняком и почти лишены каких-то привилегий. Мне всегда бывает ужасно их жалко.

После этого случая Полина всегда старалась найти возможность поговорить с гувернантками в тех домах, где она с родителями гостила, и замечала, что те всегда были глубоко благодарны даже за самое малое внимание.

Теперь она снова подумала о том, что сама может оказаться в таком незавидном положении. Эта мысль была не только пугающей, но и оскорбительной. Оставалось только снова и снова напоминать себе, что, если ее положение окажется совершенно невыносимым, она вернется домой, и если уж она вернется, то тут тетя Кэтлин уже ничего поделать не сможет.

Закончив туалет, Полина посмотрелась в зеркало и решила, что нисколько не похожа на гувернантку. Больше того, она решила, что выглядит так, будто собирается ехать на первый в своей жизни бал.

Увы! Этой радости ей не суждено будет узнать!

Полина не могла не грустить из-за того, что, пока она находилась в Лондоне, у нее не было возможности хотя бы посмотреть со стороны на бал — такой, описания которых она читала в «Журнале для дам». Там они всегда характеризовались как ослепительные.

Она рисовала себе в воображении картину, как прекрасные нарядные женщины — такие, как ее тетка — танцуют под люстрами, в которых горят тысячи свечей, и думала, что эти красавицы, скользящие по блестящему полу в пышных светлых платьях, должны напоминать гордых лебедей.

«Наверное, меня и в России не станут приглашать на балы», — печально подумала Полина.

Однако она поспешила отогнать все неприятные мысли, твердо пообещав себе, что не станет давать волю тревогам о будущем, а постарается как можно полнее насладиться настоящим. Приятно было думать, что сейчас ее ждет обед с человеком, который в состоянии ответить на множество вопросов, не дающих ей покоя.

Она очень боялась прийти в салон слишком рано — тогда ей пришлось бы дожидаться его прихода — и была рада, увидев, что лорд Чарнок уже пришел. В вечернем костюме он показался ей необычайно элегантным, но в то же время и внушающим почти что благоговение. Днем, в каюте, он показался ей гораздо более доступным.

Когда Полина сделала ему реверанс, он сказал:

— Не сомневаюсь, что вы успели проголодаться. Подозреваю, что еда будет не слишком вкусная, так что надо, чтобы наша беседа это компенсировала.

— Я очень ее ждала, — сказала Полина. — Уверена, что, когда вы будете говорить о том, что мне так хочется услышать, любая еда покажется мне амброзией.

— Остается только надеяться, что вы не будете разочарованы.