Гнев ангелов

 – Мы интересны вам лишь тогда, когда вы можете мучить нас и использовать для достижения своих целей. Ты думаешь, что я этого не понимаю? – Я отталкиваю его в сторону и убегаю прочь.

– Мун! – кричит он мне вслед, но я уже бегу в направлении красных стрелок. Я следую за ними то вверх, то вниз по лестнице. Два раза я теряюсь, потому что кто-то стер пару нарисованных стрелок. В одном из коридоров я нахожу Майю, девушку, которую выкупил Рафаэль. Она отчаянно ищет путь отступления. Хотя она передвигается куда медленнее меня, я остаюсь с ней рядом. Мы последними прибываем во внутренний двор. Гамалиэль грустно качает головой, когда Рафаэль хватает Майю за руку и тащит ее прочь. Донна ухмыляется, и мне кажется, что она специально стерла стрелки.

– Где вы были так долго? – подходит ко мне Кассиэль, протягивая стакан воды. Еще пару часов назад я бы ударила его по руке, но сейчас я быстрыми глотками опустошаю содержимое стакана и отдаю его обратно ангелу.

– Мун! – раздается властный голос Люцифера.

Кассиэль ободряюще мне улыбается.

– Лучше иди, – говорит он. – И будь осторожна.

Кажется, это замечание еще больше злит Люцифера, потому что тот хватает меня за руку и тащит в сторону лестниц.

– Не надо так сильно сжимать мою руку! – ругаюсь я. – Святые небеса, теперь еще и с людьми общаться нельзя? Я не сделала ничего запрещенного. Кассиэль просто принес мне воды.

– Я запрещаю тебе с ним общаться! – огрызается Люцифер. – Точно не перед испытаниями. Тебе нельзя ему верить!

– Почему нет? – Если я должна его слушаться, мне нужно достойное объяснение. В конце концов, сегодня выяснилось, что Кассиэль не предавал меня. Это не заставляет меня забыть о других его проступках, но хотя бы дает мне понять, что он не виноват в той катастрофе, что произошла с моими братом и сестрой. Кроме того, он даже ничего не знает о Стар.

– Не надо теперь прощать ему все, – говорит Люцифер строго. – Все, что Кассиэль делал в своей жизни, всегда служило одной-единственной цели: укрепить свое положение в небесном дворе Михаэля.

– Я думаю, Кассиэль сожалеет о содеянном, – отвечаю я. – Он просто каким-то образом оказался между двух огней.

Люцифер останавливается на месте и поворачивается ко мне. Выражение его лица можно охарактеризовать как ошеломленное, и мне приходится взять себя в руки, чтобы подавить в себе желание показать ему язык. Он что, за идиотку меня принимает? Очевидно, да, иначе бы он не раздражался так.

– Оказался между двух огней? – резко спрашивает он.

Люцифер держит меня за идиотку. Абсолютно однозначно."

"– Если ты веришь в это, тебе уже не помочь. – Он вскидывает руки вверх, а затем шагает в сторону двери, ведущей в его покои. Качая головой, я следую за ним.